Феликс наклонился, и их губы соприкоснулись. В это мгновение казалось, что вокруг не было ничего. Те фантазии, что были у Феликса перед сном, стали реальностью. Он наконец-то смог почувствовать эту сладость губ девушки, которая была всегда рядом.
Они отстранились и стали просто смотреть в глаза друг друга, как будто в них была целая вселенная.
– Возможно, это не очень романтично, – наконец смог продолжить разговор Феликс, когда они оба присели обратно за стол, – но я решил, что пицца тебе понравится больше, чем салаты или какой-нибудь виноград.
Николь слегка хихикнула.
– Ты как всегда прав.
Практически весь вечер они молча наслаждались друг другом, лишь изредка говоря о том, что им нравится друг в друге.
В эту ночь Николь не вернулась спать домой. После ужина они ещё посмотрели фильм, а затем уснули, обнимая друг друга так сладко и крепко, чувствуя практически каждый сантиметр тела друг друга, оставляя лишь то, к чему пока не готовы.
Глава 12. Библиотека
Николь стояла на пороге своего дома, не решаясь зайти.
Эту ночь она провела вне дома, не сказав ни слова отцам. Как ни странно, они ей не звонили и даже не писали, что одновременно обнадёжило и настораживало Николь.
Она поправила сумку, что висела на плече.
«Ну не буду же я тут весь день стоять», — подумала она и всё-таки вошла в дом. Её никто не встречал и не ждал у входа, дома стояла привычная тишина.
— Я дома! — прокричала она, надеясь на то, что её все услышат.
Она оставила свои вещи в комнате и решила, что ей всё же стоит поискать родителей.
Сейчас стояло утро. Она ушла от Феликса ещё до прихода его родителей, чтобы избежать неловкости. В это время обычно она как раз идёт завтракать. Отцы всегда, как по будильнику, собираются на завтрак в одно и то же время, никогда не пропуская его, а потому искать их долго не нужно было.
— Ты уже пришла? — папа ласково спросил Николь, помогая служанке расставить все блюда на стол, которые она только что приготовила.
— Извините, я вчера не предупредила, что не приду домой, — она села на привычное ей место и начала накладывать себе еду. — Надеюсь, я не заставила вас волноваться.
— По правде говоря, я действительно стал переживать, — папа тоже сел за стол, — ты ушла гулять вечером, не появилась дома даже поздно ночью. Я собирался тебе звонить, но тут вмешался Белиал.
— Да, — перебил его Белиал, — я сказал, что один очень красивый юноша, одетый с иголочки, на охуенной тачке украл тебя у нас на эту ночь, чтобы показать тебе любовь этого мира.
Николь поперхнулась соком и круглыми глазами посмотрела на самодовольного парня, который, как ни в чём не бывало, ел салат.
— Это было просто небольшое свидание, о котором я даже не знала заранее, ничего более!
— А я ничего более и не говорил, в остальном ты сама только что призналась.
Николь поразилась наглости и, скрутив салфетку, кинула в того, а он, в свою очередь, спокойно поймал её и продолжил есть.
— Кстати, а вы когда будете в следующий раз уезжать? — Николь старалась произнести вопрос максимально непринуждённо, чтобы это просто звучало как интерес.
— Скорее всего на следующей неделе, — папа положил вилку в тарелку и протёр рот салфеткой, давая понять, что уже достаточно сыт, — и, скорее всего, мы уедем на весь день, а не только вечер, так что нам придётся запереть тебя дома.
— И никакого Феликса, — сказал Сатана, когда Николь уже собиралась упомянуть о нём.
— Но почему? — возмущённо спросила она.
— Мы понимаем и уважаем любой твой выбор, ты всё же наша дочь, но не забывай о том, чья ты дочь, в чьём доме живёшь и кто он такой.
— А что не так? — Николь демонстративно оттолкнула от себя тарелку и скрестила руки на груди. — Мы просто проведём весь день за игрой в компьютер, ничего в этом такого нет.
— Наше «нет» означает «нет». Я не хочу, чтобы у нашего дома часто видели какого-то человека, это может ударить по нашей репутации. Пока вы не в браке, он всё ещё низшее общество нашего мира.
— А что изменит брак? Он всё ещё будет таким же человеком. К тому же я сама человек, я же не опустила вашу репутацию, возможно, даже подняла: мол, у таких величественных демонов появился ребёнок, человек, это так благородно.
Николь закатила глаза и стала ещё сильнее злиться.
— Статус, — холодно ответил папа, — брак изменит его статус, он не будет больше человеческим сыном владельцев бара, он станет мужем принцессы. И ты не просто человек, с самого начала тебя никто не воспринимал как просто человека, ты всегда была принцессой для всех, — он встал с места и посмотрел на Николь сверху вниз, — и не пререкайся с нами, иначе и вовсе на домашний арест посадим.