Недолго думая, Хелена натянула на лицо капюшон плаща и осторожно приоткрыла дверцу. В этот момент из подъехавшей кареты высадилась большая и крикливая компания молодежи. Кучер Адама выругался и натянул вожжи, так как его лошади от шума и гама заржали и шарахнулись в сторону. Воспользовавшись суетой, Хелена выскользнула из кареты и спряталась в темноте, а затем осторожно последовала за молодыми людьми. Где же Адам? Вдруг перед ней мелькнул силуэт француза - он стоял у ярко освещенной беседки и сверялся с какойто запиской, озираясь по сторонам. Странно было видеть человека в строгом костюме среди нарядно и пестро одетой публики. Спустя минуту, вероятно поняв, где находится, он ушел, а Хелена последовала за ним, стараясь не смотреть на пользующихся дурной славой особ, которых она впервые увидела так близко.
Воксхоллгарденз представлял собой лабиринт дорожек, петляющих среди кустарника. Одни из них упирались в беседки и гроты, другие, переплетаясь, вели обратно к танцевальным площадкам и буфетам. Француз, бросая взгляды на записку, быстро шел вперед, уводя Хелену все дальше от ворот и сутолоки центральной части сада.
Хелене пришлось почти бежать, чтобы не потерять из виду фигуру француза. Она подобрала юбки и держалась края дорожки, то и дело вздрагивая от шорохов в кустах и взрывов смеха.
Вдруг мужчина остановился, резко свернул влево и исчез в прогалине между кустами. Хелена на цыпочках пролезла за ним и увидела перед собой лужайку с беседкой, на пороге которой стоял Адам. Его лицо освещала лампа, свисающая со сводчатого потолка. Услышав шаги, он обернулся и поздоровался с пришедшим пофранцузски. Мужчины обменялись рукопожатием и скрылись в беседке. Хелена прокралась поближе, но ничего не услышала. Тогда она, прячась в тени живой изгороди, подошла почти вплотную к беседке и опустилась на корточки. И все равно до нее не долетело ни слова, и лишь по интонации она могла судить, что говорят пофранцузски. У нее затекли ноги, и она тряслась от страха, но что делать дальше - не знала. Она опять подслушивает, хотя на яхте поклялась в том, что верит Адаму… но вот только бы знать, что он затеял… Если прав Брукс и Адам занимается контрабандой исключительне ради жажды приключений, то куда это может его завести? Как ему помочь? Хелена чувствовала, что должна быть здесь, рядом с ним.
Ей стало холодно, а прошло всего минут десять. Наконец мужчины снова пожали друг другу руки, и француз, не оглядываясь, ушел, а Адам, подождав, пока тот скроется в темноте, легко сбежал по ступенькам и пересек лужайку.
Надо успеть добраться до кареты раньше его! Хелена вскочила, но левая нога настолько затекла, что потеряла чувствительность. Сделав шаг, Хелена оступилась и, охнув, упала на живую изгородь.
Адам обернулся и положил руку на эфес шпаги. На его лице отразилось столько разнообразных эмоций, что при других обстоятельствах Хелена рассмеялась бы, но сейчас ей было не до смеха.
Настороженность сменилась у Адама удивлением и… раздражением. Он быстро направился к Хелене, схватил ее за руку и не оченьто нежно поставил на ноги.
- Ой! - жалобно вскрикнула она.
- Поделом вам, мисс Уайтт, - проворчал он. - Почему вы, словно воришка, прячетесь здесь? Подглядываете за мной?
- Нет! Да… но… Отпустите меня, мне же больно, Адам!
Хелена лихорадочно пыталась придумать какоенибудь правдоподобное объяснение своему поведению.
- Я снова вас спрашиваю, мэм: что вы задумали?
Даже при слабом освещении она видела, как он зол.
- Я боялась за вас… я узнала того человека, который вошел в сад. Он - француз из таверны на СентМэрис, да?
- Так это вы стояли тогда под окном? Предупреждаю вас, Хелена, - я не потерплю вмешательства в мои дела. Это гораздо опаснее, чем вам представляется.
Голос его звучал угрожающе.
- Я знаю, что это опасно! Я так волнуюсь за вас, Адам!
На минуту его лицо смягчилось, а рука переместилась на ее плечо. Другой рукой он взял Хелену за подбородок, поднял ей голову и долго смотрел на нее.
- Я думал… надеялся, что вы верите мне, Хелена Уайтт.
- Я верю! Если бы не верила, то не спрятала бы ваши бумаги. Но, Адам… - Она запнулась, смутившись от его изучающего взгляда. - Почему же вы не доверяете мне и не хотите сказать, чем занимаетесь?
Адам молчал, словно собирался с мыслями, затем произнес:
- Я не могу, Хелена. Это грозит вам опасностью.
- Я не боюсь!
- А следовало бы, - с мрачным видом ответил Адам… - В это дело вовлечены люди, которые без колебания перережут мне горло… и вам тоже… - Он не закончил, так как в беседку, пошатываясь, ввалилась пьяная парочка.