— И как же вы намерены доказать его вину? – лениво поинтересовался Удай, — по вашему виду понятно, что козыришку в рукаве припрятали. С гарантией.
— Натурально, припрятал, — скривил рот в усмешке Дэва, — обыск.
— Обыск? – переспросил их контрагент с таким видом, будто был не в силах представить себе, каким образом обыск способен разрешить проблему.
— Да, самый банальный обыск. И причём не в особняке с библиотекой на пару тысяч книг, а на квартирке нашего древесно-рождённого отпрыска баронского рода.
— Полагаете, он книгу свою заветную на квартире прячет?
— Именно! Вот завтра после обеда и отправлюсь.
— После обеда? – переспросил Хотару, опасаясь, что Удай промолчит, — даже странновато чуть-чуть. Отчего ж не с утра. Читал я, будто в таких случаях лучше всего человечка сонного из постели вытащить, как следует огорошить обвинением, да ещё и с обыском! Тут любой в штаны наделает и расколется, как миленький. Всю свою вину точно перед священником выложит.
— Оно, конечно, с утреца идти сподручнее, — кивнул следователь, — но загвоздочка небольшая нарисовалась — ордер на обыск у древесно-рождённого лорда. Сопляк наш после кончины дядюшки в баронах ходит, подписывать ордер сам наместник должен. Представление коррехидор представляет ЛИЧНО. Вся процедурная волокита хорошо бы до обеда закончилась, — он закатил глаза, показывая, насколько ему подобные действия кажутся бессмысленными и ненужными, — да имей я ордер с утра, всё одно попусту лишь время потратил бы. По агентурным данным сей молодой барон даёт уроки хороших манер и делийского языка одной девице, а проживает девица в имении, что в четырёх ри от города. Выезжает он туда ни свет – ни заря, а обыск без хозяина делать не полагается. Так что всё неплохо складывается.
— Хитро, — похвалил Удай, — так вы точно уверены, что книжица заветная у убийцы на квартире?
— Точно уверены бывают одни лишь ка́ми, — Дэва сделал молитвенных жест, — нам, простым смертным приходится уповать и надеяться, что Итиндо-младший не сжёг книгу в камине, не выбросил на ближайшую помойку или не утопил в Араке в свёртке с булыжником.
— И что тогда?
— На тогда мне останется проверить версию карточных долгов барона, — тяжко вздохнул подполковник Саядо, — есть зацепка. Родня говорит, мол, играл убитый в последнее время много. Кто знает, может, выиграл, а должник заплатить не смог, или месть чья. Разберёмся.
Удай пожелал удачи и предложил продолжить игру, намекая на возможность для старшего следователя отыграться. Тот сперва согласился, но тут заявилась барменша и, жеманничая, пригласила господина старшего следователя к магофону.
— Очень требовательный господин, — пояснила она, — я ему сказываю, что мы наших клиентов по пустякам от отдыхновения не отрываем. А он заладил: зови, да зови. Дело, вроде служебное. Так что, господин Саядо, не взыщите.
Дева извинился, положил свои карты рубашками вверх и вышел. Очень скоро он вернулся и сообщил, что его вызывают в коррехидорию. Извинившись за прерванную партию, Дэйв Саядо покинул игорный зал ресторации «Зимний фонарь».
Глава 13 ЗАСАДА
Нэко никак не могла заснуть. Ей не давала покоя завтрашняя засада в квартире бывшего одноклассника. В голове крутилось множество вопросов: придёт ли Удай? Вдруг он измыслил какой-нибудь иной способ отвести от себя подозрения? Травница перевернулась на другой бок под недовольное мурканье Шкоды. Кот терпеть не мог, когда хозяйка поворачивается к нему спиной, поэтому, демонстративно громко спрыгнув, отправился на свою лежанку. А Нэкоми попыталась представить, каким ещё образом Удай может укрепить подозрения в отношении Гарта, и ничего толкового на ум не приходило. Варианты проникновения в квартиру в часы ночного сна владельца она отмела сразу, посылку с книгой Сарелли, которую должны принести утром, также. Во-первых, далеко не факт, что Гарт заберёт у посыльного книгу, которую не заказывал. Точнее, после разговора со следователем и Хотару он стопроцентно не возьмёт такое. Значит, остаётся тот вариант, что придумали мужчины. Сон подкрался незаметно, и последнюю мысль о возможности убийцы заявить, будто бы молодой барон Итиндо сдал книгу Эбенизера Сарелли в их магазин на продажу, до конца она додумать не смогла.