Хоть артист и выглядел корпулентным мужчиной, он был на удивление ловким и гибким. Сделав несколько нарочито громких шагов по лестнице, он проскользнул в коридор и поспешил к двери в лабораторию. Опечатывающая вход бумажка с печатями оказалась на месте, а вот Нэкоми не было нигде.
— Твою мать! – выругался он себе под нос, — не хватало ещё, чтобы эта дурёха сбежала от Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя! Дэва в таком случае дом закроет и опечатает, с гарантией, на сто процентов, а я окажусь на улице Одуванчиков со всеми своими манатками.
Дом был довольно большой, незнакомый, поэтому искать девушку просто не имело смысла. Светлячок заглянул на всякий случай на кухню – совершенно пустую и осиротевшую, вздохнул и решил уже было вернуться в лавку, как в тёмном коридоре столкнулся с травницей.
— Тебя где носило? – сурово вопросил он, — там следователь уже копытом бьёт.
— Я в сарай самое опасное снесла, — оправдываясь, ответила Нэко, — услыхала, как вы там былое вспоминаете, и подумала: успею. Выходит, верно подумала.
— Ладно, пошли. Главное, чтобы Дэва в сарай носа не сунул. Сделай вид, будто жутко расстроена, подавлена и буквально не знаешь, что делать. Поняла? – он заглянул ей в лицо и вдруг совершенно не к месту и не ко времени обнаружил, что лицо это очень даже выразительное с красивыми, чуточку раскосыми глазами и высокими скулами.
Травница отвернулась от этого пристального взгляда и ответила:
— Не маленькая, сама понимаю, что нагличать перед представителем власти себе дороже.
Дэйв Саядо еле сдерживался, чтобы не выйти из себя. Вроде бы с начала всё складывалось великолепно: убийство древесно-рождённого, пускай даже худородного, это как раз то, чего он ждал и на что надеялся весь минувший год. Блестящее раскрытие такого преступления могло стать отличным подспорьем для возвращения в столицу. Хотя, — он подавил желание закурить, крепко сжав зубами бамбуковую спинку зубочистки, — для упёртого его величества, пожалуй, одного триумфа будет недостаточно. Если ещё незаконную алхимию присовокупить... Травник – отличная кандидатура, он даже не пытался отрицать, что неоднократно продавал убитому лекарства. Всё шло хорошо, пока некстати Светлячок нарисовался. Ой, как некстати! Только его не доставало. На душе сразу стало муторно. Нет, видать крепко успел нагрешить Дэва в прошлой жизни. Так влететь в опалу не у каждого получается. Его мето́ду работы со знающими людьми недруги сумели преподнести Кленовой короне как самую наибанальнейшую связь с организованной преступностью. Им было отлично известно, что само имя Расписного башмака вызывает у короля идиосинкразию. Хорошо рассчитали, правильно!
— Изволили проснуться, — скривился он при виде растерянной девушки, которую фамильярно подтолкнул вперёд Светлячок, — позволю себе представиться: Подполковник Саядо – старший следователь коррехидории Аратаку. А вы, как я понимаю, госпожа Нэкоми Мори, внучка нашего главного подозреваемого?
— Да, — потупилась Нэко, — чего изволите?
— Изволю произвести обыск в вашей лаборатории, — последовал раздражённый ответ, — но вместо этого битый час своего бесценного времени потратил на препирательства с господином Хотару, после чего дожидался, пока вы соблаговолите вспрянуть ото сна и удостоите аудиенции скромно служителя закона, — он с шутовской вежливостью поклонился.
— Простите, — извинилась девушка, — внезапный арест деда произвёл на меня столь сильное впечатление, что мои бедные нервы просто не выдержали.
— Нервы осудим как-нибудь в другой раз, — Дэва шагнул к ней, — веди. А вы, господин жилец, — это слово он произнёс с какой-то особой, угрожающей интонацией, — потрудитесь остаться тут.
— Если ты позабыл, Дэва, — приподнял бровь артист, — Артания – свободное королевство. И я, как законопослушный гражданин, имею полнейшее право находиться в любом месте, где мне взбредёт в голову. К тому же, поправь меня, коли я заблуждаюсь, при обыске требуется присутствие понятых. И эти самые понятые не должны принадлежать к твоему ведомству, а таковых в доме господина Мори не наблюдаются. Вещественные доказательства, изъятые приватно, не примет ни один суд, сочтя такое изъятие нарушением артанского законодательства. А доказательства, лишёнными состоятельности, не имеют юридической силы. Так что смело можешь считать, что меня тебе послали сами бессмертные боги.