Та самая комната, куда так стремились попасть маленькие Хотару и Кенма, оказалась самой обыкновенной гостиной, приспособленной для карточных баталий: добротный стол, крытый зелёным сукном, удобные полукресла, банкетки и диваны, целая плеяда бутылок на низеньком столике на колёсах. Чтобы гости могли промочить горло за игрой.
Тобби сделал широкий приглашающий жест:
— Прошу, присаживайтесь. Какие игры предпочитаете?
— Самой моей любимой игрой является покер, — скромно ответил Светлячок, — могу в «Артаские горки», «три карты», словом, такие, где предполагается прикуп, — собеседник кивнул, распаковывая свежую колоду, — а кто сегодня ещё будет?
— Поти никого из интересных противников, — ответил Удай, профессиональным жестом тасуя карты, — доктор Свикл ещё накануне предупреждал, что уедет в имение жены. Юбилей у них. Пятнадцать лет под ярмом!
— Оригинальная формулировка указует, что семейная жизнь этого достойного артанца не то, чтобы уж совсем удалась.
— В точку. Не супруга у него, а сущий крокодил в юбке! Братья-помещики тоже заняты, а барон Итиндо почил. Да будут его посмертные пути лёгкими! Придут, возможно, несколько новичков, однако ж, сие будет ближе к восьми часам. Ну-с, с чего начнём? – он веером пустил колоду из руки в руку.
— Давайте с «горок», и для начала по маленькой, — ответил Хотару, проясняя сразу же вопрос ставок, — давненько я не играл, опасаюсь, как бы не растерять мастерство.
— Не бойтесь, — хищно ухмыльнулся собеседник, — тут не разучишься. Как плавать. Хоть сто лет ходи по суше, а как в воде очутишься, руки-ноги сами враз всё вспомнят, даже без участия головы. В картах же и голова сама собой подключится. Но «Горки» для двоих – не самый выигрышный вариант, — он раздумчиво покачал головой, — весь интерес в ставках, наблюдении за партнёрами и щекотании нервов при открытии карт. Вдвоём совсем не то. Предлагаю «Три карты» и со ставками для начала не свирепствуем, мы ж не ставим цель обчистить карманы друг друга? – он подмигнул с таким глумливым видом, что у всякого разумного человека возникли бы законные сомнения в искренности намерений говорящего.
— Идёт, — кивнул Хотару, — вам на правах хозяина — карты в руки в прямом и переносном смысле.
Барменша вошла, бедром открыв дверь, руки были заняты подносом. На подносе красовались бокалы и пара запылённых бутылок с нитками паутины. Таким образом владельцы питейных заведений демонстрировали клиентам, что вино у них выдержанное, пролежавшее в погребе не одно десятилетие. Хотя, — артист про себя усмехнулся, припомнив, что некоторые, особо шустрые рестораторы Кленфилда клеили устаревшие этикетки, специально держали бутылки во влажном погребе, а после, когда бумага заплесневеет, а буквы основательно выцветали, подсаживали полчища пауков, чтобы бутылки выглядели старыми. Просто, а при помощи чародея средней руки запаутитинить бутылки с вином ещё проще. Знаем мы цену всей этой паутины, отличнейшим образом знаем.
Вино оказалось на удивление неплохим, а контрагент явно жадным. Чего стоили одни бутерброды из поджаренного ржаного хлеба с творожным сыром и драгоценной прозрачной икрой, которую добывали из горбатых рыбин, живущих исключительно в чистейших горных реках. Отлично, господин Удай, на этом и сыграем.
Пока Хотару катал во рту кисло-сладкое вино из розового сорта шаслы и смотрел, с какой демонстративной тщательностью Удай тасует колоду.
— Для двоих нет смысла в отдельных колодах, — проговорил он, — ваши ставка и карта.
— Четыре сю и четвёрка червей, — проговорил Хотару, сделав вид, будто у него имеется счастливая карта, при помощи которой он намеревается выиграть прямо с самого начала.