— Этот купец спит и видит породниться с древесно-рождёнными, — продолжала сваха, — и вот, ваша покорная слуга взялась за дело. Для своей, весьма хорошенькой, доченьки купец не жалел ничего: гувернантки и учителя, наряды от самых модных портних, даже рояль выписал с континента. Одним словом, всеми силами готовил девицу стать супругой благородного и титулованного мужчины.
— И зачем ему это нужно было? Вы же сказали, что отец богат.
— Богат, так богат, что иным знатным не снилось. У него фабрики, лавки, магазины, — перечисляла гостья, — но вот беда, он вбил себе в голову, что без знатности и герба на воротах фабрики ему жизнь не мила. У них в гильдии один купец женил сына на о-очень отдалённой родственнице маркиза, после чего понаставил гербов и на карету, и на лавку, даже на подошву туфель, которые шили на этой самой его фабрике. Наш-то после этого совсем голову потерял, есть-пить не мог, так ему хотелось товарища по гильдии уесть. Я побегала по Аратаку, побегала, да и подобрала подходящую партию. Жених, конечно, не первой молодости, вдов, но знатен и стеснён в средствах. Так что древесно-рождённую сторону приданое невесты вкупе со «значительным подарком», который мой клиент готов был сделать будущему зятю, устроило.
— Это всё, конечно, весьма интересно и познавательно, но я никак не возьму в толк, почему вы пришли к нам в лавку, — проговорила Нэко, которой разговор со свахой пока казался пустой тратой времени.
— Дело было слажено, — сваха, не тушуясь, по-хозяйски, подлила себе чаю, — я уже прикидывала, куда потрачу причитающийся мне гонорар, как возникло непреодолимое препятствие на пути осуществления моего великолепного во всех отношениях плана, который я почитала истинной жемчужиной в череде прочих успешно осуществлённых начинаний. И этим самым препятствием оказалась моя невеста, — женщина скривилась и покачала головой.
— Она напрочь отказалась идти за старого вдовца? – хмыкнула Нэко, — в этом случае я совершенно бессильна, не существует лекарств, чтобы сделать девицу сговорчивее. Родителям остаётся лишь уговаривать, убеждать или же просто приказать.
— Как нетерпелива и самоуверенна бывает порой молодость, — вздохнула госпожа Комаги с притворным сожалением, — никак не могут утерпеть и дослушать до конца почтенного человека. Проблему упрямства и несговорчивости своих отпрысков большинство родителей решают и весьма успешно. У моего клиента всё обстоит сложнее: невеста оказалась беременной.
— Так весь этот сыр-бор из-за того, что девица успела слишком тесно «пообщаться» с женихом, но рождение наследника пока что не входит в планы молодой четы? Разрешить это непредвиденное и нежеланное осложнение можно. У нас имеется прекрасное средство на основе шафрана, куркумы, чернолистника и ещё кое-каких секретных составляющих, рассказывать о коих посторонним лицам не положено. Немного странно, ведь в большинстве случаев беременность не становится проблемой, когда свадьба является решённым делом. В древесно-рождённых семьях супружеские отношения до брака вообще являются нормой, – заметила травница, — уверена, вы слышали о так называемом «древесном праве». Тогда в чём проблема?
— Проблем на мою голову свалилось сразу несколько, — сваха одним глотком, как сакэ, допила чай, — сначала внезапно скончался жених. Это – проблема номер раз. Девица, конечно, беременна, да только не от покойного. Они встречались всего один раз на смотринах, более не встречались. Так что контактировала шустрая дочь купца ещё с кем-то. Это – проблема номер два.
— Понятно, — проговорила травница, — девушка в интересном положении без жениха. Остаётся лишь выяснить как давно она ждёт ребёнка. Если срок беременности мал, то наше средство будет в самый раз, но вот, стоит ребёночку хотя бы раз пошевелиться, оно уже не сработает, а, если и сработает, то только хуже будет. Женщина может умереть.
— Срок – проблема номер три, — снова вздохнула её собеседница, — беременность заметила мать, преданная служанка (кстати, её уже уволили) помогала сокрытию позорного факта. Девица молчит, не хуже пойманного вражеского шпиона. Замкнулась, и всё тут. Слова не вытянешь. Я уже по-всякому пыталась: и уговаривала, и стращала, и в доверие втиралась. Только ничего не вышло. Купец, как узнал, сперва дочурку собственными руками придушить собирался, потом с сердечным приступом слёг. Девку запоздало в комнате запер. А меня слёзно попросил выяснить, кто тот мерзавец, что посмел на девичью честь покуситься. Так что я к вам не за эликсиром от нежелательной беременности пришла. Мне скорее эликсир правды надобен.