— И так, — проговорил Хотару, когда сваха покинула их дом, — давай сначала озаботимся добычей составляющих. Что там у нас?
Травница принялась перечислять, отмечая по ходу дела, что имеется в наличии, что легко купить, а за чем придётся побегать.
— Более всего опасений у меня вызывает самец паука, да ещё и когда его заготовили в качестве прокорма для потомства, — покачала она головой, — ведь я никогда даже не видела подобное насекомое, а, если уж быть абсолютно честной, то даже не слышала об убийственной невесте. Хотя и сама невеста тоже сгодится, благо алхимически очищенное серебро отец заготовил в избытке.
— Надеюсь банально приобрести искомое в зоологической лавке, — ответил Светлячок, — должна же была мода на пауков добраться до Аратаку! Не охота по склонам оврагов лазить в поисках паучьих кладок.
— Всё хотела спросить, откуда вы столько про пауков знаете? – проговорила травница, — когда вы миниатюры ракуго цитируете, всё понятно, профессиональная память. Тут же иное.
— Мой интерес ко всякого рода живности берёт своё начало в детстве, — сказал Хотару, и взгляд его ледяных глаз смягчился, — моя мама работала гоничной в гостинице и подружилась с одной молодой дамой, которая частенько приглашала нас в гости. Так вот, пока они с мамой пили чай, мне позволяли сколько душе угодно рыться в книжных шкафах. И там посреди обилия дамских романов и книг по классической поэзии стоял трёхтомник Дже́мисона О́рсо «Обитатели восточных и западных континентов» с красочно выполненными иллюстрациями. Она стала моим любимым развлечением на долгое время и послужила первой ступенькой интереса к животному миру. Скажу честно, — улыбнулся он, — про белого каракурта, то бишь убийственную невесту там не было ни слова, но я предположил, что раз пауки принадлежат к одному семейству, то и особенности у них должны быть общими.
— Понятно, — кивнула травница и мотнула головой, чтобы прогнать стоявшую перед глазами картинку: кудрявый мальчик с классически красивым лицом сидит на подоконнике, болтает ногами и листает большую книгу о животных, — пойдёмте за покупками. И объясните, наконец, — она повернулась в сторону артиста, — откуда упали эти наглые десять рё?
— Десять рё – это сумма залога. Столько требует судья за освобождение Широ под залог. Грех было не воспользоваться ситуацией, раз случай подвернулся. Чай, не последнее отнимаем. Комаги – дама состоятельная, купцы тоже не из последних будут. Для благого дела позволительно назначить вознаграждение чутка побольше.
«Лавка живности» — центральный и старейший зоологический магазин в Аратаку, была отлично известна Нэкоми. Располагалась она в самом начале Торгового квартала, и это несомненно указывало, что предки нынешних её владельцев обосновались тут ещё с позапрошлой, смутной эпохи. Дед показывал, откуда пошёл Торговый квартал и добавил тогда, что, чем лавка или магазин ближе к началу, тем они старше и почтеннее.
Торговали в «Лавке живностей» всем, начиная от экзотических бабочек с размахом крыльев в две ладони взрослого человека (их дарили девушкам на совершеннолетие), кончая редкими породами собак, кошек, а порой и коров. Этих приходилось заказывать заранее и оплачивать привоз. Коли артист прав, и в Аратаку добралась мода на белоснежных пауков-невест, то найти их более всего шансов именно тут.
На фасаде лавки, выходившей на маленькую площадь с фонтаном под ивами, развесёлый кот тащил в лапах аквариум с золотой рыбкой, а его окружали узоры, образованные комнатными растениями с яркими цветами.
В магазине хозяйничала женщина неопределённого возраста, давным-давно махнувшая рукой на свою внешность. Возможно, виной тому было откровенное косоглазие, коим она страдала, или же суперзаурядная внешность: грубоватое широкоскулое лицо с коротким носом и узкими щелями глаз.
Нэко и Хотару вежливо поздоровались на входе.
— И вам доброго дня, — ответила женщина неожиданно звонким и мелодичным голосом, более подходившим какой-нибудь певице или артистке, — рада, что у благородных господ нашлось время посетить нашу скромную лавку. Надеюсь, у вас получится отыскать у нас всё, что алчет ваш взыскательный вкус! Осмотритесь, к нам иной раз люди захаживают просто так, чтобы порадовать душу лицезрением замечательных представителей животного и растительного мира. Я не против. Ведь как бывает? Вчера – зритель, нынче – покупатель.