— А сейчас он где?
— Для начала, дядя, не он, а она. Жирненькая такая невестушка была, заглядение просто. А, во-вторых, почём мне знать? Ползает где-то по оврагу, жрёт, срёт, яйца откладывает. У них в этом вся жизнь так и проходит, — философски закончил Сэн.
— Сто монет, если ты нам тотчас овраг и гнездо паука покажешь, — предложил Хотару.
— Двести, — наглая рожица расплылась в улыбке, — за сто я с места не сойду!
— Не пойдёт. Даю сто.
— Не пойдёт, беру двести!
— Как угодно. Только ты мне и так уже сказал более, чем достаточно, — широко улыбнулся артист, бывай.
— Вам без меня ни в жисть невесту не найти, — заявил Сэнтаро, — вы ж не знаете, где я её выпустил.
— Думаешь? – Светлячок сверху вниз, будто разглядывал редкое, диковинное животное, поглядел на пацанёнка, — ты приносишь в «Лавку живностей» головастиков и что-то ещё, что водится в водоёмах. Так?
— Допустим, — парнишка никак не мог догадаться, куда клонит незнакомец.
— Ты только что рассказал нам, как отловил редкого паука в овраге. Так?
— Может, сказал, а, может, и наврал!
— Однако ж, примем за постулат, что не наврал. Тем паче, что ты информация была сообщена в тот момент, когда ты и не подозревал о моём интересе. Сложим два и два: овраг с песчаными склонами (именно их любят каракурты), водоём, где ты добываешь тритонов и головастиков. О чём сие говорит? – Хотару поднял бровь, — о том, что на дне того самого оврага озерцо с водной живностью имеется, а не простая лужа после дождей. Делаю законный вывод: речь идёт о Вдовьем ключе, который расположен в большом овраге и питает мелководное озерцо на самом дне. Паука ты обнаружил случайно, когда спускался не по дорожке, а прямиком, путь сократить хотел. Живёт невеста в норах, паутина горизонтальная, большая, — продолжал Хотару, а его собеседник мрачнел всё больше, — затрачу от получасу до полутора часов и легко отыщу того самого паука, которого ты столь любезно выпустил на волю.
— Лады, сто, — Сэн протянул грязноватую руку ладонью вверх, — только, чур, без обману!
— Моё слово подкрепляю авансом, — двадцать монет перекочевало из кармана Светлячка в карман парня, — веди.
Как и предположил артист, речь шла о Вдовьем овраге. На восточной оконечности Аратаку овраг петлял между холмами, то практически исчезая, то вгрызаясь в землю на большую глубину. Его отвесные кручи порой бывали выше растущих по дну деревьев. Озеро и родник находились возле самого леса, а вытекающий из озерца ручеёк питал заросшее тростником болотце, его ещё с детства Светлячка облюбовали серые цапли, деля благодатное местечко с утками и несколькими семействами лебедей. Именно в этой части оврага и пасся Сэн.
Родник, который Хотару помнил востребованным и ухоженным, почти иссяк. Из земли сочилась скромная струйка, более похожая на ключ. Вокруг царило запустение, даже каменные плиты, установленные в незапамятные времена, успели треснуть и обрушиться, сиротливо демонстрируя свои остовы редким прохожим, рисковавшим целостностью ног, спускаясь по крутому склону. Всё вокруг настолько заросло бурьяном, что артисту так и не удалось припомнить, где прежде тут была деревянная лестница со ступеньками столь мелкими, что по ней было одинаково неудобно как спускаться, так и подниматься. Сэн показал большой камень возле чахлого куста акации. Именно за ним и спрятала свой дом паучиха белого каракурта.
— Только вы осторожнее, дяденька, — посоветовал парень, внимательно пересчитывающий монеты, — она кусается дюже. Коли сердце слабое, запросто помереть можно. Это мне в лавке тётка Досси просветила. Я уж ей не стал говорить, что невеста убийственная у меня дома в банке сидит. Посчитал, что незачем пугать пожилых. Вы палочкой её подцепите, а опосля посадите куда-нибудь в безопасное место: в коробок или жестянку какую. И кормить не забывайте. У меня, если что, мухи на продажу есть: крупные, отборные. По мону за десяток. Обращайтесь! И на чай добавить не помешало бы.
— Ступай, я заплатил сполна. Чаю тебе мамаша бесплатно нальёт, — осклабился Хотару, — или желаешь паука собственными руками отловить? Изволь, я в сторонке постою.