Выбрать главу

Кристофер смиренно пожал плечами; он никогда не читал «Фауста», да, и в математике разбирался не бог весть как.

Аура была настолько увлечена, что не обратила внимания на неуверенность Кристофера.

— Наша формула сатора состоит из пяти букв и пяти столбцов. Ты знал, что число пять принято считать символом Марса и его эзотерического выражения? Вот, взгляни-ка.

Она вытащила из кипы бумаг один лист и протянула его Кристоферу. На этом листе она составила перечень некоторых небесных светил. Напротив каждого из них был изображен принятый в эзотерических учениях и оккультизме символ, а также соответствующее число.

— Теперь-то ты понимаешь, что я имею в виду? — взволнованно спросила она.

Кристофер задумчиво смотрел на бумагу.

— Если честно…

Она вздохнула, вскочила и встала рядом с его креслом. Её тонкий указательный палец постучал по этому листу.

— Смотри, за Марсом стоит символ, круг со стрелой. Рисунок, обозначающий щит и копье. Этот рисунок имеет еще два значения. Первое — не играющее в данный момент для нас никакой роли — обозначение мужского пола. Но второе значение — это первый ключ к разгадке послания Лисандра. Потому что все эти символы, как в алхимии, так и в химии, соответствуют обозначениям различных металлов. Символ Марса обозначает железо.

Он вопрошающе глянул на листок, потом посмотрел ей в глаза.

— Ну и что из этого?

«Боже мой, — подумала она, — неужели он до сих пор еще не понял о чем идет речь?» Но потом сказала себе, что сама двенадцать часов корпела над этими числами, планетами и символами. Не удивительно, что он не может понять всего сразу.

— Смотри, — сказала она, вытащила лист из его рук и еще раз повела пальцем по нему. — Пятерка означает Марс, а Марс означает железо. Пока все ясно, или нет?

Кристофер улыбнулся.

— Пока да.

На мгновение она спросила себя, не пытается ли он посмеяться над ней.

— Надеюсь, ты не думаешь, что я спятила?

— Нет, конечно.

Она наморщила лоб, но затем снова тряхнула лист.

— Дальше идет Солнце. Его число шесть, на один больше пяти. Солнце означает золото. Вот, взгляни-ка на символ!

Он кинул взгляд на лист и сказал:

— Круг. Или…

— Колесо! — выпалила она. — Ну, теперь-то ты наконец понял?

— Подожди, — нерешительно сказал он. — Формула сатора — это квадрат пяти. Если в переносном смысле, как в послании Лисандра, сюда добавится еще одно колесо, то у нас получится шесть. И шестерка и колесо — это символы Солнца, которое в свою очередь…

— Является символом золота! — взволнованно перебила она.

— А философский камень превращает неблагородные металлы, такие как свинец, железо и ртуть, в золото.

— Точно! — Аура вскочила и стала беспокойно ходить перед камином. Сердце её было готово выскочить наружу от волнения. — Лисандр зашифровал послание, потому что не хотел, чтобы Джиллиан узнал об этом. «Новое колесо» — это не что иное, как символ солнца. Символ золота — и философского камня!

Кристофер наклонился вперед. Вся усталость моментально слетела с него.

— Лисандр действительно нашел камень! Боже мой, это правда! Он был у него уже тогда, семь лет назад! — Он покачал головой, будто все еще не мог поверить. — Но тогда почему мы видели его умирающим от старости?

Аура остановилась. Горькая улыбка играла в уголках её рта.

— Если только тот старик, которого мы видели…

— …и вправду был Лисандром. — Кристофер тоже вскочил с кресла. Прикосновение брюк к коже кресла произвело звук, подобный рвущейся бумаге. — Ты ведь к этому клонишь, да?

— Старик в Вене не был Лисандром, — подтвердила Аура. Она прислонилась к камину, словно ей срочно потребовалась опора. — Лисандр еще жив. И бьюсь об заклад, Сильветта и камень все еще у него.

Глава 3

Бывают моменты, когда наши надежды так реальны, а разум так слаб, что невозможно определить, где действительное, а где эфемерное.

Когда Аура и Кристофер позвали обоих детей в сад, они оба знали, какими смутными были их предположения и какими слабыми — шансы на успех. Они предполагали, что их усилия не пропадут даром, и они надеялись, что окажутся правы. Кристофер молился в глубине души, чтобы эксперимент удался. Вера заменила рациональное мышление, убеждение заняло место сомнения.