Обрядоведение вёл суровый ведьмак Богдан Агеев. О том, что он ведьмак сообщил как-то Зотов, заверив, что дядька суров, но справедлив, и обучает интересно. Стоило согласиться — Агеев рассказывал об обрядовых практиках весьма образно, с примерами, с историческими анекдотами на тему, с эпизодами из жизни знаменитых чем-то предков и прочими любопытными вещами. Это не был равнодушный пересказ учебника. Ведьмак Агеев жил своим предметом, он захватывал слушателей настолько, что даже маги слушали его, теряя равнодушный вид. И никому в голову не приходило заняться на его лекциях посторонними вещами или переговариваться друг с другом.
Тем не менее, и он, порой давал материал для самостоятельного изучения — например, непреложные правила проведения обрядов, которые следовало заучить наизусть. Вот и сейчас все вчитывались в материал из учебника, который следовало усвоить, а непонятное спросить после прочтения.
— Марьянова, вы уже всё прочитали и поняли? — спросил Агеев, отвлекаясь от толстого талмуда, лежащего на преподавательском столе. — Если нет, продолжайте изучать материал, у вас осталось пять минут.
Откликаться на свою новую фамилию Аксане было непривычно, но она сразу поняла, что замечание сделали именно ей.
— Простите! — жалобно глянула она на ведьмака и снова уткнулась в учебник по обрядам и ритуалам, открытый в планшете.
Материал попался интересный, об ведовских обрядах древности, их значении в жизни предков и магического общества того времени в целом. Аксана читала уже подобный материал, когда искала информацию о ведьмах в библиотеке до начала учёбы. Но мало, что запомнила. Поэтому всё же углубилась в текст, стараясь не просто читать, а вдумываться в написанное. Её живо интересовало, чем живёт магическое общество, и каково было ведам и ведьмакам глубокого прошлого.
Вопросов по истечении времени задали немного, и Агеев быстро и просто разложил всё по полочкам, пояснив неясные моменты.
— Советую зафиксировать мои пояснения, — добавил ведьмак. — На практическом занятии буду спрашивать по этой теме. Оценки попадут в вашу ведомость. Те, кому дорога стипендия, постарайтесь не хватать двоек на первом же и пока простом материале. Дальше станет только сложнее.
Он отпустил их со звонком с третьей пары, и Саня медлить не стала, побежала сразу к кабинету «207», благо, поглядела заранее в планшете на карте Академии, где находится Западное крыло и сам кабинет.
Зашла после короткого стука. Кабинет оказался небольшим с внушительным окном позади монументального стола, отчего сидевший за столом ведьмак оставался в тени. Перед столом имелось единственное кресло, куда и предложили ей сесть лёгким кивком.
— Ничего не понимаю, — храбро заявила Саня, усевшись в кресло и положив сумку на колени. Чуть привыкнув к освящению, она смогла рассмотреть задумчивого ведьмака в белой рубашке с закатанными рукавами, сейчас кожа лица и рук казалась тёмной. — Что вообще происходит? Почему тебя все бояться, и почему ты… такой?
— Ну, ты же меня лучше знаешь, — подмигнул ей Горский так знакомо и насмешливо, словно нет и не было сурового дознавателя с ледяным взглядом. — Тяжело вливаться в учебный процесс?
— Нормально, — отмахнулась Аксана. — Кто ты такой, Данила?
— Ты ещё спроси — «а папа знает?» — хохотнул Горский, откидываясь на спинку кресла с довольным видом. — Жизнь, Санечка — сложная штука. Зачастую, правила диктуем не мы, а обстоятельства. Здесь я официально, старший дознаватель, страшный и ублюдочный ведьмак, въедливый и безжалостный. Считай, что играю эту роль, как ни прискорбно. С близкими я другой, как ты уже знаешь, правда и близких могу по пальцам пересчитать. И позволяю себе расслабляться довольно редко, что тоже не слишком радует. Вот ты меня совершенно не боишься и ни во что не ставишь, даже амулеты не сняла перед встречей. Хотя уверен, друзья успели тебя накрутить, рассказав, какой я мерзавец.
— Примерно так, — ощутила Саня неуместное сочувствие к ведьмаку, говорившему уже не насмешливо, а устало. — А ты не должен и меня допросить? Что такое случилось?
— Как тебе сказать, — Горский покрутил в пальцах пижонский стилус, по виду из золота с вкраплениями драгоценных камней. — Дело засекречено, хотя позже я тебе расскажу детали, если захочешь. Пока же могу лишь сказать, что ты у меня вне подозрений. Может быть это тебя утешит?
— Ну, хоть намекни! — загорелась любопытством Аксана. — В Академии произошло преступление? Кто-то погиб? Что-то украли?
Горский коротко рассмеялся и опёрся локтями о стол, уставившись на Аксану с интересом.
— Умеешь хранить секреты? — спросил на полном серьёзе.
— Конечно, — зачарованно ответила она, уже предвкушая услышать страшную тайну. — Обещаю ничего никому не говорить.
— Маленькая любопытная веда-полукровка, — оценил Данила со вздохом. — Кому ты успела рассказать о грифоне?
— Только Шун и Гарику Зотову. Гарик — мой куратор и замечательный друг. И оба принесли клятву на крови.
— Неплохо, — согласился Горский. — А то, что своему альфе Зотов может рассказать всё, даже то, что под клятвой, уже частности. Впрочем, грифоны — не такой уж секрет. Об их существовании знают все или почти все. Другое дело, что достать грифона почти никто не может — просто не знают, где они обитают. И про муранов лучше никому не рассказывать, даже друзьям.
— Про них я не рассказывала, — тут же горячо заверила Саня. — Про муранов. Отец предупредил. И про эльфов тоже. И твоего имени не называла. И про пещеры не говорила. И где находится наш замок.
— Умница! — похвалил Данила, поглядев с умилением. — Кстати, всё думаю о ведьмочках, которых ты спасла. Тот портал, который привёл тебя в логово Кощея, находился на тренировочном поле? Не помнишь, на каком именно?
— На четвёртом, — нетерпеливо кивнула Саня. — Тот портал находился справа от обычного, ведущего к Академии, примерно в сорока метрах от него. Там столбы идут, вот между ними порталы. У обычного портала столбы отмечены красной и синей краской. А у второго никаких отметин я не заметила. Хотя… на левом столбе портала была какая-то руна или что-то похожее. На уровне глаз, я только сейчас вспомнила. Могу показать, но папа сказал, что уничтожил портал.
— Да нет, это я так интересуюсь, — отмахнулся Данила. — Хочешь чаю или кофе? У меня печенье есть с абрикосовой начинкой.
— Переходите на тёмную сторону, — пробормотала Саня с улыбкой. — У нас есть печеньки.
— Прости?
— Это шутка такая, — рассмеялась она над озадаченным видом ведьмака. — Из моей прошлой жизни в обычном мире. Спасибо, ничего не хочу. Скоро ведь ужин.
— Забавная шутка, — отреагировал Горский. — Что-то в ней есть. Вот скажи мне, кто знает, что ты не совсем обычная веда — можешь совершить что-то такое, что другим недоступно. Припомни яркий эпизод внутри Академии, чему были свидетели.
— Испытание при поступлении, — пожала плечами Саня. — Вся приёмная комиссия наблюдала. Ну и все преподаватели в курсе, наверное, как и мои опекуны. На проверке силы появилось семь круглых камней и рулетка, но тебе, наверное, сообщили об этом случае.
— Конечно, — загорелись глаза у Горского. — В общих чертах. Вот рулетку упомянуть не удосужились. Как она выглядела?
— Как в казино, только без цифр, — нахмурилась Саня, вспоминая испытание отчётливо. — И она появилась сразу, там были цветные деления. Потом уже руку на стол положила, долго держала, я не знала, что можно её убрать в любой момент. И она почти сгорела, почернела даже, боль жуткая. А когда я руку подняла — целёхонькая оказалась. Но рулетка потом закрутилась, и те камни пришлось на неё класть, а она всё быстрее вращалась. И я справилась.
Аксана выдохнула и улыбнулась.
— Действительно яркий случай, — резюмировал Горский, глядя на неё задумчиво. — И руку на столе ты держала больше минуты…
— Две минуты и двадцать девять секунд, — мрачно ответила Саня. — Это зверство, я считаю. Должен быть другой способ проверки силы. Не такой болезненный.