Чуть правее, в пятнистой тени трехвекового дуба – вполоборота или, вернее, в три четверти стоит радостно жеманная Наташа, слегка опустив реснички и аккуратно пряча обнажённый роскошный бюст в тесноватый лиф атласного ярко-синего бального наряда. Щедро украшенные самоцветами узенькие бретельки платья пока ещё лежат на отставленных в стороны локотках нимфы. Прохладный шёлк мягко, но плотно обнимает бедра девушки до самых колен, а ниже вольно расходится русалочьим хвостом. Блеск обтягивающего животик атласа дополняют по пять сияющих алмазных полосок в палец шириной, тянущиеся с двух боков из-за спины с уровня талии кверху и сходящиеся прямо под ложбинкой на груди.
Все девушки в предвкушении близкого и столь редкого для них праздника, ведь балы у короля…
– Я правильно сижу? – привольно разместившись в джинсах и кроссовках на валуне-яйце, вторглась Глория в видения художника. Нечаянно и с открытой душой.
Тот лишь мельком кинул на неё взгляд и замахал ладонью с широко растопыренными пальцами, словно пытаясь начисто стереть увиденное изображение:
– Встань, пожалуйста!
Когда немного удивлённая, но не издавшая ни звука протеста, графская медсестра покинула камень, Рощин удовлетворённо кивнул и достал телефон:
– Вильям, срочно закажи в спортивном магазине пять походных велосипедов. Ну, с шинами потолще! Два мужских, три дамских… Пусть привозят и ждут меня. Вернёмся – оплачу.
– Почему пять велосипедов? – сразу заинтересовался этим заказом Дорсет.
И спустя секунду, не успев ответить, Влад услышал уже внутри себя нежный голос Светлы: «Спасибо, родной». – «Да… Представляешь, третий велосипед для тебя», – чуть не всхлипнул Влад. Вслух же откликнулся, как можно беззаботнее:
– Пятый – подарок старенькому садовнику. Он же себе сроду не купит.
– А я решил, что ты хочешь горничную за собой по лесу таскать… Для комфорта.
Находчивый Вильям перевыполнил приказ Рощина. Он не просто заказал велосипеды, а велел водителю фургончика с двухколёсным грузом ехать по щебёнке вглубь парка, как можно дальше. Строго на запад и никуда не сворачивать. И там ожидать двух господ с двумя дамами.
Садовник ещё после завтрака на всякий случай понаблюдал из самого верхнего окошка – куда в такую рань уходит новый владелец усадьбы с невестой и высокородными друзьями. И едва грузовичок запылил среди деревьев «строго на запад», заботливый старикан отзвонился и порадовал сэра Влада. В результате, изнурённых дальней прогулкой девочек усадили в автомобиль, а джентльмены, нажимая на педали, поехали их догонять.
Филиппинки уже ждали ребят с готовым обедом. А точнее, с пиром горой. За столом придирчивый живописец, поглядывая на девушек, громко и тяжело вздыхал:
– Побойтесь Бога! Дурно станет от такой обильной и жирной пищи… Вредно переедать! И перепивать тоже!
Стенания Рощина не имели особого успеха у голодных дам, тогда он вполголоса произнёс волшебные слова:
– Вы растолстеете и ни в одно платье не влезете…
Обед тут же и закончился.
– Полчаса на перекур, потом примерка! И сегодня же – на поляну! – велел Влад красавицам, убегающим по лестнице на второй этаж, затем повернулся к Дорсету: – Дай мне минут двадцать. Я нашёл в лесу последний ингредиент для твоего лекарства… Добавлю – присоединюсь к тебе.
– Конечно. Помощь нужна?
– Собственно, чего это я секретничаю?! – Рощин обнял Майкла за плечо. – Пойдём в кабинет вместе, покажу, как священнодействовать. Там и подымим.
– Очень хорошо! – воскликнул граф, довольный полным доверием друга-чародея. – Любопытно посмотреть, а ещё больше – поучаствовать.
Едва целитель выложил на застеленный чистой бумагой стол пакетик с травкой, Дорсет схватил один стебелёк и поднёс к носу.
– Так это простая полынь! – немного разочарованно промолвил он.
– Не простая, а однолетняя, – рассудительно поправил его Влад. – Ты, небось, думал, что я тут найду какую-нибудь одолень-траву или британский женьшень? А всё оказалось так тривиально? На самом деле, всё, что лечит – растёт под ногами всюду. Лишь надо знать… Ну, ладно. Ты желал понаблюдать – наблюдай. Все действия буду пояснять.
– …Извини, вырвалось не к месту, – пробормотал граф.
– Проехали, – миролюбиво махнул рукой русский художник. – Смотри. Берём семь веточек полыни и засовываем в склянку со спиртом… Дай мне крышку. Да, спирта – двести грамм. Теперь, берём ещё семь стебельков и кладём уже в склянку с родниковой водой… Предвижу твой вопрос! В то лесное озерцо впадает крошечный ручеёк, я не поленился и прошёл к его истоку. Недалеко, метров триста. Из-под земли бьёт. Там и набрал воды во фляжку.