– В коридоре стоит длинная вешалка на колёсиках со всем необходимым из лучшего брюссельского магазина. Вам нужно лишь назвать свой размер и примерить…
– И лакированные ботинки есть?
– Конечно, – заверил вельможа. – И платья с туфлями для ваших спутниц. Надеюсь, одного часа на сборы вам хватит?
– За глаза!
Король Филипп и королева Матильда принимали героев-художников и их дам в тронном зале. Торжественно, но по-домашнему. Едва наши почётные гости прошли в распахнутые золочёные двери, Их Величества, улыбаясь, двинулись к ним навстречу, а полсотни придворных бурно зааплодировали. Филипп по-отечески обнял сначала Майкла, затем Влада и чмокнул ручки их подругам. Матильда же расцеловала в щёчки всех четверых. Спасённая принцесса, чуть-чуть ревниво поглядывая на Глорию, схватила ладошками руку Дорсета и с жаром затрясла её:
– Благодарю, мой принц! Мой избавитель…
Граф щёлкнул каблуками и вполголоса произнёс, указывая глазами на Рощина:
– Но я был не один…
– Ах, да! – встрепенулась принцесса, с некоторым сожалением отпустив теплую ладонь Дорсета и делая шаг к Владу. – Благодарю вас, маркиз! Я обязана вам своей жизнью!
– На благое дело – всегда готов! – ответил Рощин на смеси церковного с пионерским.
Все эти диалоги терялись в громких хлопках толпы, гулко разносившихся многократным эхом по залу.
Признательный монарх пожаловал спасителям дочери не только по Большому кресту высшей степени Ордена Леопольда Первого, но и посвятил их в герцоги Бельгийского королевства. Влад теперь именовался герцогом Лимбургским, а Майкл – герцогом Льежским. К обретённым титулам прилагались ещё и загородные особняки с охотничьими угодьями, соответственно, под Льежем и под Лимбургом. Так огласил придворный сановник, зачитывая королевский манускрипт.
– Не думал, что в этой крошечной стране остались дикие звери, – по-русски пробормотал себе под нос Рощин. – Кроме, конечно, немецких фанатиков…
– Ну, видимо, имеются в виду какие-нибудь зайцы с белками, – на языке Пушкина вполголоса шепнул улыбающийся Дорсет. – Теперь нам полагается в свою очередь поблагодарить короля…
– Только, ты – первый… – прошелестел неопытный Влад.
Чествование героев продолжилось за обедом в относительно небольшом зале в серебристо-розовых тонах. За столом, кроме королевской семьи в полном составе и четверых почётных гостей, сидела лишь дюжина самых приближённых вельмож с дамами. После первых тостов и лёгких закусок Филипп предложил нашим герцогам с дамами пожить в его домашней резиденции:
– Я уже распорядился приготовить для вас четыре спальни.
– Да нам вполне будет достаточно и… – начал было скромничать Влад, но осёкся, заметив пронзительный взгляд сидящего напротив Майкла. А тот слегка привстав, медленно и почтительно кивнул Филиппу:
– С огромным удовольствием принимаем Ваше приглашение!
– Вот и славно! – король хлопнул в ладоши и приказал подбежавшему дворецкому отправить в гостиницу слуг и аккуратно перевезти вещи герцогов и их дам в Лакенский дворец.
– Кстати, – продолжил Филипп, – это полностью соответствует и пожеланию нашей сестры, английской королевы. Я беседовал с ней сегодня по телефону, и Елизавета настоятельно просила меня – оберегать вас от всяких неприятных случайностей.
Монарх промолчал о том, что королева сама позвонила ему ни свет, ни заря, а также опустил тот момент их разговора, когда британская повелительница, узнав от своей разведки о чудесном спасении принцессы её верными подданными, собиралась немедленно прислать в Брюссель десяток агентов секретной службы для охраны художников. Филиппу пришлось минут пять убеждать её, что в Бельгии достаточно своих опытных и преданных телохранителей. Елизавета немного поворчала, откровенно сомневаясь в словах короля, и заявила, что всё же парочка лучших сотрудников английской службы прибудет на континент – помогать бельгийским коллегам. На том высочайшие особы и сошлись. Правда, едва королева положила телефонную трубку, ей пришлось выслушать обидные упрёки Лады по поводу её «удивительной нерешительности для монарха» и «неспособности настоять на своём». Елизавета страдальчески прижала ладони к вискам и вслух ответила своей подруге снов: «Где два законных агента, там – и двадцать два нелегальных. Милая моя, я и не собиралась уступать этому мягкотелому теннисисту!»
Тем временем, на обеде бельгийский король заявил, что великолепную яхту «Улисс» уже перегнали к полицейскому причалу в Остенде и круглосуточно охраняют.
– Мы очень признательны за заботу Ваших Величеств, – вежливо вымолвил Влад. «Пусть не по этикету, но не век же молчать!» – подумал он. – «Правильно, любимый, – проворковала Светла в его голове: – Смелее надо с ними!»