– Ты меня гипнотизировал? Гипнотизируешь?
– Да нет же! Я же сказал: непроизвольное воздействие, – Влад с трудом повторил заученное за Светлой словосочетание. – Просто у меня иногда проявляются очень сильные мысленные волны. Задумаюсь о чем-нибудь или замечтаюсь, и идет некое завихрение сознания человека, который рядом. Память о происходящем стирается. Остаются какие-то обрывки… Вот, как у тебя.
Наташа дождалась, пока официантка поставит на стол кофе и сэндвичи, и пристально, как она любила, вгляделась прямо в зрачки друга:
– Никогда не слышала ни о чем подобном.
– Потому и не слышала, что никто не помнит ни хрена!
– Значит, ты – мощный гипнотизёр? И можешь мысленно отдавать приказы кому угодно?
Влад покрутил ладонью в воздухе:
– Понимаешь, я этим никогда не пользовался специально. Но, когда чего-то ужасно желаю – так обычно и получается.
– Смотри-ка, официантка забыла принести тебе рюмку коньяка! Можешь ей мысленно повелеть? – спросила девушка, широко раскрыв глаза.
– Не знаю, на какое расстояние это действует…
– Ну, пожалуйста! И вели ей принести ДВЕ рюмки коньяка. Давай попробуем! Так интересно!
– А вдруг, ты потом опять всё забудешь? После эксперимента.
– Ты мне напомнишь! А? – Наташа сотворила жалостливый взгляд.
– Хорошо. Но, смотри…
– Молчу-молчу! – девушка молитвенно сложила руки лодочкой, а художник соорудил задумчивую физиономию.
«Светлочка, ты сама всё слышала. Два коньяка…» – обратился Влад, а через мгновенье в его мозгу зазвучала мелодичная родная речь: «Обернись! Уже несу».
Рощин оборачиваться не стал. Он и так всё прочитал на лице подруги, которая сидела напротив и первой заметила официантку с двумя рюмками на подносе.
Восемнадцатая глава
Только не надо меня бояться… – Рощин ласково несколько раз сжал ладонью теплое плечо Наташи, завороженной чудо фокусом. – А надо – совсем наоборот. Допивай сок, и пойдем к прессе, пообщаемся.
Подруга лишь, молча, покивала, но со стула так и не встала. Влад подвинул к ней вторую, оказавшуюся так, кстати, рюмку коньяку. Наташа машинально проглотила двадцать граммов французского напитка.
– А теперь – лимончик, – тихо сказал Рощин.
– Да-да… – прошелестела Наташа, с трудом возвращаясь на грешную землю.
Влад оставил на столике купюру в десять фунтов, и ребята направились через гостиничный холл к центральному выходу, когда к ним, поднявшись с бокового диванчика, быстрым шагом подошла Глория, любимая горничная графа Дорсета. Совершенно неузнаваемая в ярко-голубом брючном костюме девушка мягко, но плотно, по-хозяйски взяла Наташу под руку:
– Доброе утро! Влад, идите к журналистам, а мы вас немного позднее догоним, – негромко произнесла Глория. – Не волнуйтесь, это не моя инициатива, меня Майкл сюда отправил. Не забудьте – на вопросы о королеве надо отвечать обтекаемо и таинственно. Как можно более загадочно. Поверьте, передаю советы графа слово в слово. Мы с Натали в сторонке постоим. А вы волосы чуть-чуть поправьте – там же телевидение.
Рощин чуть портфель из рук не выпустил – какие-такие волосы!?
– Я сейчас тебе помогу, – Наташа наконец-то очнулась окончательно и двумя-тремя движениями навела порядок на голове любимого. – Теперь красиво. Ступай. Оставь мне портфель…
– Только аккуратнее с ним…
– Я знаю, там – важный контракт.
– Очень важный…
Влад бывал на летучих пресс-конференциях в Питере перед открытием чужих вернисажей, но то, что он увидел сейчас – случалось только в американских фильмах про какие-нибудь политические скандалы и, как минимум, с вице-президентами. Сотня журналистов с фотоаппаратами и телекамерами нетерпеливо роилась у отеля. Топталось даже два полисмена в странных английских фуражках с «таксистскими» кубиками на околыше. Когда толпа причудливым полумесяцем колыхнулась в сторону Рощина стражи закона умело, одним характерным движением ладоней в воздухе легко остановили напор прессы. «Русский Леонардо» встал за их спинами и кивнул:
– Добрый день, господа!
На его приветствие одновременно ответило человек десять, а еще двадцать неразборчиво забарабанили вопросы. Живописец, широко улыбаясь, поднял вверх обе руки – «сдаюсь».
– Я ничего не понял. Делайте, пожалуйста, скидку на мой плохой английский. Говорите медленнее и по очереди. Вот у вас – какой вопрос? – Влад указал на ближайшего к нему молодого человека с красивым галстуком.
«Галстук» не заставил себя долго ждать:
– Правда, что ваши картины уже куплены Её величеством или Его высочеством?
– Нет. Денег от Их величеств я еще не получал.