– Мы заплатим шесть или семь. Хочешь?
– Я не деньги имела в виду, – Лада чуть-чуть притормозила своего коня. – Ты же знаешь, как тяжело живётся настоящим творцам в той стране. Помоги ему.
– Гражданство что ли дать,… – раздумчиво проговорила королева.
– Он – не беженец или мигрант, а джентльмен. Поднимай выше! – Лада красноречиво помахала ладонью в длинной перчатке из тонкой бордовой кожи.
– Посвятить в рыцари?..
– Правильно. Хотя в искусстве – он намного выше обычного рыцаря…
– Но я не смогу сразу пожаловать титул баронета или маркиза…
– Хорошо. Начни с рыцаря.
Королева успокоено вздохнула. Чужестранного рыцаря придворные и лорды еще стерпят. Придется стерпеть. Королевская воля – всё еще закон в Британии. А вот из-за реального титула маркиза возник бы крупный скандал. Хоть и не средние века, но такой титул предполагает и реальное поместье, а где его?…
– Что-то, ты распереживалась чересчур. Для королевы. Елизавета, для твоего внутреннего умиротворения могу сообщить, что он – Рюрикович. Древний царский род. Совершенно точно.
– Да, мне без разницы – Рюрикович или нет. Для тебя я всё сделаю, дорогая!
Двадцать третья глава
С самого утра, еще до открытия галереи к Рощину в «Львиное сердце» приехала целая делегация от Елизаветы Второй. Казначей с секретаршей, королевский эксперт по живописи с ассистентом, юридический советник, придворный фотограф и нотариус. Командовал этой почтенной оравой поджарый седовласый господин, который представился художнику личным помощником принца – герцогом Ричмондом.
– Господин Рощин, нам надо пройти куда-нибудь к столу, чтобы уладить некоторые формальности, – произнёс герцог, после приветствий. – Тем временем, наш фотограф официально запечатлеет приобретённые короной полотна, а эксперт проверит подлинность.
– Ради Бога, пусть фотографирует, а с экспертом вы, простите, перемудрили, – Владу не терпелось быстрее узнать сумму сделки, но он высоко держал марку «русского Леонардо». – Я сам – и автор, и продавец.
– Всё так, – кивнул помощник принца. – Но я следую старинным правилам, а они заведены не мной.
– Раз уж такие правила, проверяйте, мне не жалко. Всё равно, это странно. С чем они сличать-то будут, чтобы подлинность подтвердить?! – Рощин еще не закончил говорить, как к его богиням уверенно направились королевские знатоки искусства, доставая на ходу из портфелей лупы, ультрафиолетовые фонари и маркеры. – Мне надо присутствовать при сём действе?
Герцог Ричмонд царственно повёл десницей:
– Не обязательно. У вас есть доверенное лицо?
– Даже два лица, – живописец указал на Наташу и Глорию, которые стояли рядышком. – Моя невеста и её подруга.
– Вот они пусть останутся. Так – куда пройти?
Владелец галереи, переминающийся с ноги на ногу поодаль, тут же подскочил и вежливо взял вельможу под руку:
– Прошу, в мой кабинет! Там вам будет удобно!
Влад не слишком разбирался в юридических документах. Тем более на английском. Он дважды перечитал документ и, хотя его вдохновила цифра прописью, художник вопросительно поднял глаза на герцога, сидящего напротив. Нотариус и советник, прижимая к груди кожаные папки с вензелями, замерли за его спиной.
– Какие-то проблемы? – вежливо осведомился помощник принца.
Рощин поёрзал – вот бы посоветоваться с Майклом – и кивнул:
– Вначале написано ясно – пять миллионов фунтов на мой счёт, а вот тут ниже проставлена точно такая же сумма, но в именном сертификате на аренду поместья Челмер на Кромвель-лэйн в городе Мэлдон, графства Эссекс… сроком на тысячу лет. Тут не понял, Ваше… не знаю, как в Англии принято герцогов величать. Сиятельство или светлость?
– Обращайтесь ко мне просто – сэр, – серьезно произнёс герцог. – Итак?
– Мне нужно посовещаться со своим адвокатом, – брякнул Влад, решив, что совет опытного Дорсета прояснит ситуацию гораздо лучше, чем скупые ответы вельможи на его сбивчивые вопросы. Да ещё знать бы, что и как спрашивать! – Отойду на минутку – позвонить.
Бесшумно прикрыв за собой дверь, Рощин пулей бросился в большой зал, где нужное ему одно из «доверенных лиц», а именно, Глория наблюдала вместе с Наташей за фотографом и экспертами.
– Наташенька, побудь здесь! Мне с Глорией надо в сторонку отойти, – выпалил Влад и, дружески обняв медсестру за плечи, молча, увлёк её в пустую соседнюю комнату. Там он вложил документ ей в руки: – Пожалуйста, читай и звони Майклу!
Глория, набрав номер своего знатного друга, отдала телефон Рощину. Сама же углубилась в чтение гербовой бумаги.
Влад сначала по памяти, затем и по написанному озвучил Дорсету суть дела. И засыпал его вопросами: