– Объясни мне – значит, я не получаю наличных? Ну, то есть, на свой счёт – эти пять миллионов. Они как бы сразу идут на аренду поместья? И почему – на тысячу лет?! Может, это такое своеобразное английское пожелание здоровья и долголетия? По-королевски!
Граф выдержал короткую паузу. А может быть, он поразился щедрости правящего монарха до перехвата дыхания:
– Влад, я тебя искренне поздравляю! Это не просто победа. Это триумф! Слушай внимательно: по первому пункту – ты получаешь пять миллионов на свой счёт, а, кроме этого, по второму пункту – ты получаешь поместье по такой же стоимости. Кстати, там, в окрестностях Мэлдона красивая природа, есть даже настоящий первозданный лес. Вот, где на этюды походить… Ты же мечтал! Пусть, аренда тебя с толку не сбивает – это наши местные нюансы. У нас вся земля и всё, что на ней, принадлежит короне. В действительности, ты, как бы покупаешь поместье по тому именному сертификату. И владей им, тысячу лет – тебе хватит?
– Думаю, ещё останется, – попробовал шутить Рощин.
– Подписывай, не сомневайся! – огласил свой вердикт Дорсет. – И, не забудь – вечером жду!
– Превосходно! – воскликнул герцог, когда нотариус промокнул автограф художника на документе. – С этой минуты вы – законный владелец поместья Челмер. На той земле одиннадцать веков назад находилась резиденция короля Эдуарда Старшего. Благословенный край… Где казначей? Пускай, передаст ключи от особняка господину Рощину. Видимо, нашему новому придворному живописцу.
В кабинет заглянул казначей с открытым ноутбуком:
– Перевод делал, Её Величество велела – сразу после подписи отправить деньги. Ключи – сию минуту! Они в кейсе у моей секретарши…
Голова финансиста скрылась из дверного проёма только на пару секунд и вновь возникла.
– Господин Рощин, подойдите, прошу. Давайте объясню, – казначей потряс изрядной связкой разнообразных ключей. – Серебристый – от калитки в сад, черный – от въездных ворот, а блестящий медный – отпирает двери дома…
Прощаясь, герцог, указал Владу на двух, непонятно откуда появившихся, мужчин в строгих костюмах:
– Вот эти молодые люди, сотрудники секретной службы, теперь будут неотлучно находиться при картинах Его Высочества. Они же вас сопроводят вечером по дороге в хранилище банка, а завтра утром станут ожидать там, чтобы перевезти полотна снова в галерею.
– И их никто не сменит? – на радостях, Рощину до всего было дело. – А поесть-попить?
Агенты секретной службы недоумённо переглянулись.
– Пусть вас это не беспокоит, – сухо ответил помощник принца, но вглядевшись в чересчур живые, сияющие глаза живописца, добавил уже человеческим языком: – На ночь, видимо, другие придут дежурить. А эти двое домой пойдут, отдыхать. Поедят и попьют вволю. Кстати, сколько вам прислать пропусков во дворец, чтобы после закрытия выставки вы лично доставили картины? Вижу у вас прелестные компаньонки… Значит – три?
– Три, – подтвердил Влад. – Рад был с вами познакомиться, сэр. Очень рад!
В это утро открытие выставки задержали на целый час. И, чтобы лишний раз не нервировать толпу страждущих немедленно, сию секунду приобщиться к высокому искусству, многочисленная свита герцога просочилась через узкий боковой выход во дворик с аркой на параллельную улочку.
Агенты секретной службы бесшумно удалились – осмотреть все помещения галереи, и в большом зале остались только трое друзей. Глория принялась вновь названивать графу, а Наташа бросилась на шею живописцу и воскликнула по-русски:
– Ура, Володенька! Всё получилось, как ты и мечтал!
«Многого бы стоили мои мечты, без чудесной помощи Светлы с мамой, – обнимаясь с подругой, подумал Рощин. – Светлочка, у меня в кармане лежат ключи от нашего первого собственного дома! И не где-то, а сразу в Англии».
«Поздравляю – и тебя, и себя! – отозвалась фея. – Теперь я смогу встречаться с тобой, хоть в чужом теле, но не по чужим углам».
«Поедем вечером туда? – предложил Рощин. – Маршрут я изучу».
«Изучить-то, изучи, – молвила Светла. – Но пока не время забиваться в деревню. Много дел в столице».
«Тогда – после аукциона? Не терпится посмотреть!»
«Ну, конечно! – засмеялась фея. – Думаешь, что меня любопытство не одолевает? Ладно, пора встречать гостей – они уже гурьбой повалили».
Всё время, когда живописец беседовал со Светлой, к нему прижималась тёплая и податливая Наташа. И щебетала, щебетала…
– Птичка моя, деньков через пять отправимся изучать поместье, – ласково проговорил Рощин, гладя её по волосам. – А сейчас, смотри – народ потоком пошёл. Ты перенервничала с этими дотошными экспертами? Боялась, что богинь щипчиками расковыряют? Хочешь, отдохни душой – посиди в кафе.