– В кабинете князя красивая малахитовая ваза стоит, – восторженно воскликнула Лина.
– Да, князь те времена помнит, хоть и редко нас тогда навещал. А заправляла всем тут кузина его, Мария.
Катерина навострила уши. Та женщина на портрете. Может, Машенька все таки ее дочь или внучка? Но почему тогда ее в прислугах держат?
Маснобик задумался, вернулся мысленно в прошлое.
– Суровая была женщина... да и сейчас есть, наверное. И не уважала никого. Даже Деву гор обидела. Поставила тут чудовищ этих...
– Паровые машины, – прошептала Дженокри.
– Паровые машины, – кивнул дед Маснобик. – Дева осерчала и рудник уничтожила. Страшное вышло землетрясение. Сколько тогда полегло, и наших, и людей, сколько в шахтах осталось.
Дед пошамкал морщинистыми губами, вспоминая.
– Вроде и не так давно было, а без рудника мы в ничто превратились. Осталось только сюда, в Академию слугами идти.
– А почему Мария пошла против Горной девы? – спросила Катерина.
– Силы свои перееоценила и, как говорят, князю назло еще. Любил он эти рудники и Проклятый Бор и гору Высокую. Все тут любил, хоть и редко наведывался. А она изничтожила. Сразились они тогда знатно. А может причина была в другом...
Он вдруг осекся и замолчал.
Дженокри бросила на него предостерегающий взгляд.
– Как же они сражались... – сказала она. – Искры летали, молнии, жуть, и дым коромыслом. Мы тогда в лесах отсиделись.
– В конце оба в барсов превратились и порвал ее князь тогда знатно. Мария еле ноги унесла, в Бездну бежала. Через весь лес до границы с Бездной кровавые следы тянулись.
Старики погрузились в воспоминания и замолчали.
– А Авдеев? – спросила Виви.
– Павел Авдеев? – дед Маснобик засмеялся, – так он мелким совсем был, даже помладше князя. Им тогда по девятнадцать или двадцать годочков было.
Странно было представлять князя Бестужева таким молодым, страстным. Сражающимся за справедливость. Или, за что они там, на самом деле, сражались. Значит и Мария эта таинственная – снежный барс.
Катерину начало клонить ко сну, но и уходить тоже не хотелось. Так что засиделись они у гномов допоздна. Наслушались историй и легенд. Пойми только, что в них правда, а что вымысел.
Во дворе, у служебных построек почему-то сидели князь с Авдеевым. Устроились на низенькой деревянной скамейке и переговаривались вполголоса. Их ждали что ли? Катерина хотела незаметно проскользнуть мимо, но Авдеев окликнул ее.
Она неохотно к ним приблизилась.
– Как идет ваше обучение, Катерина? – спросил князь.
– Я стараюсь, – мрачно ответила она.
– Не боитесь ехать в Заставу?
– Боюсь.
Князь в ответ вздохнул и повернулся к Авдееву.
– Я пытался считать Дюваля сегодня, пока вы разговаривали. Мне кажется, он замешан в убийстве учителя физкультуры. Скорее всего сам и убил. Но он закрылся, притом весьма ловко.
Катерина замерла. Зачем они ей это рассказывают?
– Слышали? – спросил Авдеев, указывая ей на место рядом с собой.
Катерина уселась на самый краешек скамейки. От Авдеева шел жар, вызывавший в ней неясную тревогу. И даже запах его почему-то забивался в ноздри.
– Слышала, – буркнула она в ответ.
– Будьте с ним осторожны. Он не пытался к вам подходить, разговаривать?
Авдеев внимательно смотрел на нее, следя за реакцией, а князь достал трубку и начал ее раскуривать.
Друзья Катерины, заметив, что ее задержали, потоптались на месте и ушли. Предатели. Катерина еще немного отодвинулась от Авдеева. И почему тут так мало места?
– Нет, не пытался. Я к магической механике отношения не имею.
– Он очень странный, Пауль, – вмешался князь. – Не пойму, что из себя представляет. Ты давно его знаешь?
– Где-то год. Встречал его в Немуском университете.
Князь потер подбородок.
– Главное его не спугнуть, – сказал он. – Можете идти, Катерина.
Она подскочила со скамейки и, поспешно раскланявшись, понеслась к себе. Как же умеет эта парочка испортить настроение.
Но Авдеев догнал ее у входа в дом и, аккуратно придержав за плечи, провел в сад. Катерина напряглась. Что это он задумал?
– Давайте не будем ссориться? – спокойно попросил он.
– Я с вами и не ссорюсь! Это вы все время на меня кричите, – возмутилась Катерина.
Он сел на деревянную скамью и посмотрел на Катерину озабочено.
– Присаживайтесь.
Катерина немного поколебалась, садиться ей рядом с ним или нет. Но потом все таки села.
– Войнич, – начал он. – Вас зачислили в Академию не просто так. Назревают большие проблемы. Да уже назрели. Потому, когда я или князь говорим, что все в опасности, это потому, что мы и правда в опасности. И пугать вас мы и не думаем. Вы понимаете? Потому прекратите дуться, как ребенок и тем более обижаться. Попытайтесь посмотреть на ситуацию серьезно.