Она с удивлением поднимает на меня глаза. Леди Сесилия не ожидала, что я могу оказаться такой хладнокровной. Но ведь она не видела, как я старалась помочь сестре, когда она кричала от боли, пытаясь родить ребенка в штормовом море. Ведьмовской ветер не смог убить ее тогда, поэтому ведьма воспользовалась ядом. Обладай я нежным сердцем, оно давно было бы разбито горькими потерями. Но у меня остался мой маленький сын, которого я должна защитить, и мои маленькие племянники. У меня есть муж, который ночами ходит взад и вперед по спальне, не в силах заснуть от боли в плече.
— Ричарду придется забрать у королевы второго сына, — говорит она. — Мы должны получить обоих наследников Риверсов.
Вечером Ричард рассеянно здоровается со мной и со своей матерью. Мы идем через большой зал к высокому столу, и Ричард мрачно кивает, когда люди приветствуют его со своих мест. Все знают, как опасно наше положение, мы живем, словно в осаде. Когда он опирается на правую руку, чтобы сесть в кресло, рука подламывается и он хватается за мое плечо.
— Что с тобой? — осторожно спрашиваю я.
— Моя рука, — говорит он. — Она теряет силу и не слушается меня.
Я пытаюсь скрыть свой страх и улыбаюсь сидящим в зале. Здесь могут находиться люди, которые потом пойдут к королеве, прячась в тени церковных стен. Они расскажут, что ее враг поражен. Она совсем близко, чуть ниже по реке, в мрачных комнатах под Вестминстерским аббатством. Я почти чувствую ее присутствие среди нас: как болезнетворное холодное дыхание.
Ричард опускает пальцы в поданную ему серебряную чашу, а потом вытирает их льняным полотенцем. Слуги выносят из кухни еду, и расставляют блюда на длинных столах.
— Сегодня был тяжелый день, — тихо говорит мне Ричард. По другую сторону от него леди Сесилия наклоняется вперед, чтобы слышать его слова. — Я получил доказательства заговора между Гастингсом и королевой. Его шлюха была их посредником. Мортон замешан вместе с ними. Я обвинил их в Совете и арестовал.
— Прекрасно, — быстро отвечает его мать.
— Ты отдашь их под суд? — спрашиваю я.
Он качает головой.
— Нет, — говорит он. — На это нет времени. Приходится действовать быстро, как на войне. Я приказал обезглавить Гастингса в Тауэре. Мортона я передал на попечение Генри Стаффорда, герцога Букингемского. Ротерхэм и Томас, лорд Стэнли, остаются под подозрением. Я приказал обыскать их дома, если будут найдены доказательства, я арестую их, как изменников Англии.
Я молчу, пока слуга подносит нам фрикасе из курицы. Когда он отходит, я тихо говорю:
— Отрубить голову? Уильяму Гастингсу? Без суда? Как можно?
Его мать вспыхивает от гнева.
— Как можно? — повторяет она. — Да очень просто! Разве моего сына судили справедливым судом? Или просто убили по желанию королевы?
— Нет, — отвечаю я, признавая правду ее слов.
— Ну, в любом случае, это должно быть сделано, — говорит Ричард, отрывая корочку от каравая белого хлеба. — Я не могу короновать принца, пока королева с Гастингсом строят против меня заговоры. Как только он будет коронован и сам сможет выбирать себе советников, они арестуют меня и подпишут мой смертный приговор. Гастингс тоже подписал бы его. Принц еще совсем мальчик и полностью предан Риверсам. Я не могу выпустить на свободу Энтони Вудвилла, Ричарда Грея и Томаса Вогана, их родственника. Все они будут настраивать принца против меня. Я буду в безопасности только после их смерти. — он замечает ужас на моем лице. — Это единственное условие, при котором я могу короновать его, — говорит он. — Мне придется уничтожить родственников его матери. У короля должен быть только один советник — я сам. Когда они умрут, она останется без поддержки, и их союз будет разрушен.
— Тебе придется переступить через кровь невинных людей, — твердо говорю я.
Он спокойно встречает мой взгляд.
— Чтобы возвести сына моего брата на трон, — отвечает он. — Для того, чтобы сделать из него хорошего короля, а не мальчика, таскающего каштаны из огня для Риверсов: да, я готов.
В темном святилище королева творит свои заклинания и насылает на нас свои злые чары. Я знаю, она опять колдует. Я почти чувствую, как она застилает речным туманом окна замка Байнард. Я узнаю от моих фрейлин, что королева отдала своего второго сына на попечение своего друга и родственника кардинала Бушье. Кардинал поклялся ей хранить мальчика в безопасности, и отвез маленького Ричарда к его брату Эдуарду в королевские покои Тауэра, чтобы подготовить к коронации.