*
Замок Байнард, Лондон, июнь 1483
Я спрыгиваю с лошади, бегу вверх по лестнице, переступаю порог наших покоев и в одно мгновение оказываюсь в объятиях Ричарда; он отчаянно прижимает меня к себе, и мы стоим, почти не дыша, как спасшиеся после кораблекрушения странники. Мы слушаем, как бьются сердца друг друга, как в те дни, когда мы были почти детьми и сбежали вместе, чтобы пожениться. Я снова верю, что он единственный человек, который сможет уберечь меня от опасностей этого мира, ведь он обнимает меня так, словно я единственная женщина, которую он когда-либо желал.
- Я так рад, что ты здесь, - шепчет он мне на ухо.
- Я так рада, что я с тобой, - тихо отвечаю я.
Мы отступаем на шаг назад, чтобы оглядеть друг друга, как будто не можем поверить, что вышли невредимыми через испытания последних дней.
- Что происходит? - Спрашиваю я.
Он оглядывается на закрытую дверь.
- Я раскрыл заговор, - говорит Ричард. - Клянусь тебе, его сеть раскинулась по всему Лондону, но я обнаружил, откуда тянутся нити. Любовница Эдуарда Элизабет Шор играет роль посредника между Элизабет Вудвилл и другом короля Уильямом Гастингсом.
- Но разве не Гастингс вызвал тебя сюда? - Перебиваю я его. - Я думала, что он тоже хочет забрать принца из под опеки Риверсов? Ведь это он умолял тебя приехать как можно быстрее?
- Так оно и было. Когда я приехал в Лондон, он говорил мне, что опасается власти Риверсов. Но потом он переметнулся на их сторону. Я не знаю, как ей удалось заполучить Гастингса, но она обольстила его, как всех вокруг. Во всяком случае, я вовремя узнал об этом. Она нагромоздила гору лжи вокруг последних слов моего брата и вокруг меня. Среди заговорщиков она сама, Гастингс, возможно, архиепископ Ротерхэм, епископ Мортон, конечно, и, может быть, Томас, лорд Стэнли.
- Муж Маргарет Бофорт?
Ричард кивает. Это плохая новость для нас, потому что лорд Стэнли славится своим безошибочным чутьем, которое позволяет ему всегда оказываться на стороне победителя; если он играет против нас, наши шансы не слишком хороши.
- Они не желают, чтобы я короновал принца и стал его главным советником. Они хотят сами стать его опекунами, забрать его у меня, восстановить власть Риверсов и арестовать меня за измену. Потом они коронуют его, а Энтони Риверса объявят регентом и лордом-протектором. Мальчик стал пешкой в их игре и главным призом.
Я качаю головой.
- Что ты намереваешься сделать?
Он хмуро улыбается мне.
- Придется арестовать их за измену. Заговор против лорда-протектора такое же преступление, как измена королю. Я уже задержал Энтони Вудвилла и Ричарда Грея. Сначала я арестую Гастингса и епископов, а потом Томаса Стэнли.
Раздается стук в дверь, и фрейлины вносят мои сундуки с одеждой.
- Не сюда, - останавливает их мой муж. - Мы с ее светлостью будем спать в задней части дома.
Они приседают в реверансе и выходят.
- Почему не в наших обычных комнатах? - Спрашиваю я.
Мы всегда жили в больших комнатах с видом на реку.
- В задней части дома будет безопаснее, - говорит он. - Брат королевы вывел флот в море. Если он поднимется по Темзе и обстреляет нас из пушек, мы можем попасть под прямое попадание. Этот дом никогда не укрепляли, но кто мог подумать, что нас может бомбардировать наш собственный флот?
Я смотрю из широкого окна на любимый вид - реку с кораблями, паромами, маленькими рыбачьими лодками, баржами, шаландами, мирно плывущими вдоль берегов.
- Неужели королева прикажет стрелять по нашему дому из пушек? С нашей реки Темзы? Прямо по нашим окнам?
Он кивает головой.
- Пришли странные времена, - говорит он. - Просыпаясь каждое утро, я пытаюсь представить, что еще она может придумать.
- Кто на нашей стороне? - Этот вопрос всегда задавал мой отец.
- Букингем показал себя, как настоящий друг; он ненавидит свою жену, навязанную ему Риверсами и всю их семью. Он отдал в мое распоряжение свое состояние и людей. Конечно, я могу рассчитывать на всех северных лордов, на Джона Говарда, моих друзей, родственников Миледи Матери, на твою семью, на всех Невиллов...
Я внимательно слушаю его.
- Этого не достаточно, - говорю я. - Почти все они сейчас находятся на Севере. Королева может призвать почти весь двор и собственную семью, которую она привела к власти и богатству. Она даже сможет призвать свою родню из Бургундии. Может быть, она уже заключила союз с Францией? Франция поддержит ее, а не тебя, потому что им выгоднее посадить на трон глупую женщину. И как только шотландцы узнают, что ты в Лондоне, они могут взбунтоваться.