Он берет мои руки в свои теплые ладони.
- Я знаю. Я не могу вернуть тебе твоего отца, но я могу сделать для тебя то, что он тебе обещал: при дворе, во дворцах, в очереди на трон, везде, где ты хочешь. Я смогу вернуть тебе твои земли, ты сама будешь там хозяйкой для своих арендаторов, ты сможешь осуществлять свои планы.
Я качаю головой и улыбаюсь, хотя в моих глазах стоят слезы.
- Мы никогда не сможем сделать это. У отца были грандиозные планы. Он обещал, что я стану королевой Англии.
- Кто знает? - Говорит он. - Если, не дай Бог, что-то случится с Эдуардом, его сыном и Джорджем, я стану королем.
- Это невозможно, - честолюбие отца пробуждается во мне, словно шепот в ушах.
- Нет, - говорит он. - Сейчас это невозможно. Но никто из людей не может предвидеть свое будущее; никто не знает, что может случиться с каждым из нас. Но мы знаем, что можем иметь сейчас. Я могу сделать тебя герцогиней Дома Йорков. Ты можешь сделать меня богатым человеком. Ты станешь равной своей сестре и не будешь зависеть от нее. Я буду твоим верным мужем. И я думаю, ты уже знаешь, что я люблю тебя, Энн.
Я вспоминаю, как долго жила в мире без любви. В последний раз я видела нежность на лице моего отца, когда он отплывал в Англию.
- Это правда? Правда?
- Да.
Он поднимается на ноги и тянет меня за собой. Мой подбородок доходит до его плеча, мы оба молодые, длинноногие, веселые: мы хорошо подходим друг другу. Я утыкаюсь лицом в его куртку.
- Ты выйдешь за меня? - Шепчет он.
- Да, - говорю я.
*
Мои вещи связаны в узел; он приготовил для меня плащ посудомойки, я могу глубже надвинуть капюшон, чтобы скрыть свое лицо.
Я протестую, когда Ричард накидывает мне его на плечи.
- От него воняет жиром!
Он смеется.
- Так даже лучше. Мы выйдем отсюда как слуга и посудомойка, так что никто не обратит на нас внимания.
Главные ворота открыты, как всегда, люди входят и выходят через них, и мы незаметно проскальзываем вслед нескольким молочницам с коровами. Никто не видел нас во дворе, и никто не заметит, что я исчезла. Домашние слуги решат, что я уехала вместе с Изабель и ее фрейлинами, и только когда они вернутся домой через несколько дней, обнаружится, что я сбежала. Я громко смеюсь от этой мысли, и Ричард, который на оживленной улице держит меня за руку, поворачивается, улыбается, и вдруг тоже начинает хохотать, словно мы двое сбежавших от няньки детей.
Уже смеркается, когда мы добираемся до колледжа в тени большого собора Святого Павла; боковой проход к алтарю открыт, здесь толпится множество людей, и нам приходится пробираться мимо них. Внутри шумит целый рынок, лоточники продают все, что душе угодно, здесь же сидят менялы и какие-то темные личности обсуждают свои дела по углам. Лица многих почти невозможно разглядеть под капюшонами; они кутаются в плащи от сырого ветра с реки, и низко опускают головы, когда мы проходим мимо них.
Я боюсь, кажется, здесь небезопасно. Ричард смотрит на меня сверху вниз.
- Для тебя приготовили комнату, тебе не придется сидеть здесь с простолюдинами, - успокаивает он меня. - Здесь дают убежище абсолютно всем: преступникам, фальшивомонетчикам, ворам. Но ты здесь будешь в безопасности. Колледж гордится авторитетом своего святилища, они никогда не выдают тех, кто ищет защиты у Церкви. Даже если Джордж найдет тебя и явится за тобой, они не отдадут тебя ему. - Он улыбается. - Они не послушаются даже моего брата короля, если на то пошло.
Он просовывает свою холодную руку мне под локоть и ведет через дверь. Где-то высоко на башне начинает бить колокол; один из монахов выходит вперед, узнает Ричарда и, не говоря ни слова, ведет нас к странноприимному дому.
Я прижимаюсь ближе к Ричарду.
- Тебе здесь ничего не угрожает, - повторяет он.
Монах останавливается около одной из дверей, и Ричард вводит меня в маленькую, чуть больше клетки, комнату. За ней находится еще одна крошечная комнатушка, больше похожая на нишу, с узкой кроватью и распятием, повешенным в головах.
Горничная поднимается с табурета у камина и делает книксен.
- Я Меган, - говорит она, я с трудом разбираю ее северный говор. - Мой господин велел мне служить вам для вашего удобства.
- Меган останется с тобой, и, если что-нибудь случится, она пошлет за мной или придет сама, - говорит Ричард. Его руки расстегивают плащ у меня под подбородком. Когда он снимает плащ, его пальцы нежно касаются моей щеки. - Здесь ты будешь в безопасности, а я буду приходить, как только смогу.
- Они начнут искать меня, как только вернутся домой в Л"Эрбер, - предупреждаю я его.