- Чем я могу помочь? - Вот все, что я говорю.
Он кивает.
- Ты можешь помочь нам спланировать маршруты и обряды на каждой остановке. И посоветовать, кто из людей должен идти за гробом, и какие службы заказать. Никто и никогда раньше не делал ничего подобного.
Мы с Ричардом и его мастером Хорсом вместе планируем весь путь до Фотерингея, а наш священник из Миддлхэма советует, какие церемонии проводить над телом и какие молитвы читать на каждой остановке. Ричард приказывает вырезать статую своего отца, которая будет лежать на крышке гроба, так чтобы каждый мог видеть этого великого человека, и добавляет к убранству катафалка серебряную статую ангела с золотым венцом. Она будет символизировать тот факт, что герцог, будучи королем по праву рождения, погиб в борьбе за трон. Это так же доказывает, насколько правильно поступил Эдуард, доверив организацию похорон Ричарду, а не его брату Джорджу. Когда Джордж присоединился к заговору моего отца, он отрицал законность его сына Эдуарда. Только мы с Ричардом знаем, что Джордж по-прежнему говорит это, но теперь он делает это тайком.
Ричард составляет красивую процессию, которая везет тела его отца и брата от Понтефракта к их дому. Кортеж идет из Йорка на юг целых семь дней, и на каждой остановке гробы вносят в самые большие церкви, которые лежат на нашем пути. Тысячи людей вдоль дороги в молчании встают на колени, чтобы засвидетельствовать свое почтение к государю, который никогда не был коронован, и вспомнить славную историю дома Йорков.
Шесть лошадей в черных попонах тянут повозку, а перед ними едет одинокий рыцарь со знаменем герцога, словно тот все еще идет в бой. Потом, опустив голову, едет Ричард, а за ним знатнейшие люди графства, чествующие наш Дом, нашего погибшего отца.
Для Ричарда все это значит больше, чем просто перезахоронение; он повторно заявляет о праве отца на корону Англии и Франции. Его отец был великим воином, сражавшимся за свою страну, славным военачальником, лучшим стратегом, чем даже его сын Эдуард. Этой длинной процессией Ричард чтит своего отца, подтверждает его право на королевство, напоминает стране о величии и благородстве Дома Йорков. Не Риверсы, а мы владеем Англией, это показывает Ричард в богатстве и благодати поминальных служб.
Ричард бдит у гроба каждую ночь, пока мы находимся в дороге, едет за ним каждый день на коне в траурной темно-синей сбруе, его штандарт приспущен. Он словно впервые в жизни позволил себе оплакать отца и то, что с его смертью потерял мир рыцарства и чести.
Я встречаю его в Фотерингее, он очень нежен со мной и задумчив. Он вспоминает, что наши покойные отцы были союзниками, друзьями и родственниками. Его отец умер задолго до катастрофического альянса моего отца со злой королевой, еще до того, как его сын взошел на престол, а Ричард пошел в свой первый бой. В ту ночь Ричард в последний раз встает на ночное бдение у гроба отца, и мы вместе молимся в красивой семейной церкви.
- Он был бы рад нашему браку, - тихо говорит Ричард, поднимаясь на ноги. - Он был бы рад узнать, что мы поженились, не смотря ни на что.
Мгновение я смотрю на него, и вопрос о действительности нашего брака крутится на кончике моего языка. Но я вижу в его лице серьезную печаль, а затем он поворачивается и занимает место среди четырех рыцарей, которые простоят у гроба, пока рассвет не освободит их от бдения.
*
Изабель приезжает с Джорджем в Фотерингей, и мы стоим с ней бок о бок в красивых темно-синих платьях королевского траурного цвета, пока мимо нас проходят король с королевой и вся их семья. Они провожают гробы на церковное кладбище. Я вижу, как Эдуард целует руку статуи, затем Джордж, потом Ричард следует их примеру. Джордж очень нежен и благочестив в этой сцене, но на него никто не смотрит, все не отрывают глаз от маленьких принцесс. Десятилетняя Елизавета, изысканно красивая, идет впереди; она ведет за руку свою сестру Мэри, а за ними следуют послы всех стран христианского мира, приехавшие почтить главу королевской семьи Йорков.
Эта пышная пантомима изобилует символами и знаками траура. Глядя на царственного Эдуарда и его братьев, на маленького принца, благоговейно замершего перед гробом, на очаровательную Элизабет с дочерями, никто не посмеет задуматься, имеют ли они право оказывать своему предку королевские почести. Я тоже не смогу решить этот вопрос, но думаю, что все они больше похожи на актеров, чем на настоящую королевскую семью. Королева Елизавета так величественна и красива, а ее дочери - особенно принцесса Элизабет - настолько уверены в себе и своей значимости. В ее возрасте я всегда боялась наступить на материнский шлейф, но маленькая принцесса идет, высоко подняв голову, не глядя ни налево ни направо, словно уже чувствует себя будущей королевой.