Лера, уже плохо понимая, что делает, дрожащими руками расстегнула мокрую рубашку, стащив её с Вениамина. Ей хотелось дотронуться до рельефной мужской груди, провести рукой по татуировке волка, талантливо набитой на плече, и снова ощутить вкус холодных и чутких губ. Это желание жило в ней давно, приходя иногда ночами, врывалось в сны, разом становившиеся слишком смелыми, но девушка с неистовым упрямством гнала его прочь.
Внезапно директор отстранился и, нахмурив брови, достал из кармана штанов тонко пиликающий мобильный. Волшебство момента было разрушено. Лера, покраснев до корней волос, снова спряталась за бортиком ванны, ясно осознав, что и, главное, с кем, у неё сейчас чуть не произошло.
— Я отойду ненадолго, — коротко бросил мужчина, спешно покинув ванну.
Перед тем как дверь тихо закрылась, Лера успела заметить пару белесых шрамов на широкой спине. Ожидать возвращения Вениамина девушка, естественно, не собиралась. Проклиная себя за чуть не совершенную глупость, она спешно ополоснулась и, обмотавшись первым попавшимся полотенцем, выглянула из ванной комнаты.
Хорошо было бы попросить у Вениамина сухую одежду, вот только как это сделать, чтобы мужчина опять на неё не набросился? Девушка уже собиралась позвать директора, когда заметила ноги в военных берцах, торчащие на пороге кухни. В следующую секунду ноги дернулись и «втянулись» в помещение. Послышалась какая-то возня, а потом знакомый отрывистый голос.
— Да, это опять произошло. Пришли группу для ликвидации и мастеров для смены замка. У этого засранца были ключи! — после непродолжительной паузы мужчина добавил, — сигнализация выручила, все, отбой.
Лера не дыша прильнула к щелочке в двери. Ей хотелось убежать или закрыться на замок, но ноги не слушались, прочно приморозив к месту.
Директор вышел с кухни, сжимая в руках пистолет с длинным глушителем. С обнаженного торса все еще капала вода, во рту дымила свежая сигарета.
— Проклятье, — тихо пробормотал мужчина, с задумчивым видом посмотрев на свои руки. Руки в ярко-алой крови.
Поспешное решение
Лера зажала рот рукой, чтобы не закричать. Вениамин — убийца! Киллер, наркоторговец, мафиози или кто там еще стреляет в людей направо и налево.
Неслышно отступив обратно, девушка скинула с себя полотенце и опять включила воду. «Ничего не видела, ничего не слышала, ничего никому не скажу!» — стучала у неё в голове одна единственная мысль. Лера понимала, что самый лучший вариант — это сейчас выйти в гостиную и как ни в чем не бывало попросить у директора сухую одежду, но ничего не могла с собой поделать. Душ казался единственным надежным убежищем, хотя таковым и не являлся.
Через десять минут ей все-таки удалось перебороть себя. Медленно выключив воду, девушка обмоталась полотенцем и, подхватив грязные вещи, ступая как на эшафот, вышла за дверь.
Вениамин в свежей рубашке сидел в одном из кресел, попивая чай из глубокой кружки. По его виду нельзя было сказать, что пару минут назад он кого-то убил, и то, что этот кто-то, по всей видимости, сейчас лежит на кухне.
— Я уж решил, что ты там утопилась, — шутливо произнес мужчина, отставляя чашку в сторону и поднимаясь навстречу Лере. — Вот чистая одежда. Думаю, она будет тебе велика, но это все же лучше, чем ничего.
Лера, запрятав подальше желание бежать без оглядки, забрала у брюнета плотный сверток с одеждой. Рука мужчины слегка коснулась её ладони, вызвав нервную дрожь во всем теле.
Быстро поблагодарив, девушка стрелой метнулась в ванну и закрыла за собой дверь. Перед её глазами стояла недавно увиденная картина — директор с окровавленными руками, спокойно покуривающий сигару.
И эти руки дотрагивались до её тела, так бережно его лаская. Они были желанны, как и их обладатель.
Лера тряхнула головой и, умывшись холодной водой, мельком глянула на себя в зеркало. На заострившемся лице сверкали величиной с плошки испуганные карие глаза. Общая бледность затмила бы цвет кожи любой заядлой готессы. Жалко поджатые губы дрожали, а влажные волосы неопрятно торчали во все стороны. Всю эту «красоту» венчал уже желтый, почти заживший синячище на пол скулы.
«Испуганная курица», — мысленно обругала себя девушка, для успокоения сделав пару глубоких вдохов. В таком виде категорически нельзя было являться Вениамину. Неизвестно, что он предпримет, если поймет, что она все видела. Укрепившись в этой мысли, Лера принялась одеваться.