Пальцы не слушались, и длинный мобильный номер пришлось набирать дважды. Наконец, справившись с этой нелегкой задачей, девушка с замиранием сердца вслушалась в длинные гудки.
— Алло, — сиплый и тихий голос, тонущий в звуках бушующей стихии.
— Олег Сергеевич, двенадцатый час, а Вас нет дома. Я волнуюсь, — сжав кулаки, проговорила Лера.
— Я уже почти дома, открой дверь, — подумав, ответил мужчина и нажал "отбой".
Девушка с недоумением услышала гудки и повесила трубку. Не долго думая она вышла в холл и отворила входную дверь.
По гравийной дорожке, ведущей к дому из леса, неспешно брел Олег. Ливень злобно стегал его со всех сторон, словно стараясь сбить с ног. Лере тоже достался хороший заряд холодных брызг. Но она продолжала стоять на пороге, как завороженная наблюдая за приближением мокрого до нитки шатена.
Когда мужчина подошел к порогу, Лера втянула его в дом.
— Переодеваться и ужинать, — не поднимая головы, прошептала она.
Олег медленно кивнул и, не смотря девушке в глаза, пошел к лестнице, оставляя за собой мокрые следы.
Разговор по душам
— Почему ты не ушла? — нарушая зловещую тишину, прерываемую лишь шорохом дождя, спросил Олег.
Ливень прекратился, и теперь обычный, не по-весеннему долгий дождь барабанил по стеклу крупными каплями. Лера сидела в кресле с чашкой горячего чая в руках. Переодевшийся Олег без аппетита ковырял вилкой ужин, не поднимая глаз, как получивший двойку школьник.
— Я уеду в воскресенье, — тихо ответила девушка. — И никто ни о чем не узнает.
— Странное решение после того, что я с тобой сделал, — с горькой усмешкой проговорил мужчина.
Лера передернула плечами и, поднявшись, заварила Олегу чай. Ей почему-то не было страшно в присутствии шатена. Словно вчера это был другой человек: грубый, жестокий с жадным взглядом и сильными руками. Кто угодно, только не тот мужчина, в глазах которого сейчас плещется такая непритворная боль и сожаление.
У Леры никак не получалось его ненавидеть. Только жалеть и пытаться простить.
— Что произошло с вами вчера? — девушка против воли опять перешла на «вы» и ничего не могла с этим поделать.
Послушав пару минут тишину, Лера вернулась в кресло и сердито хмыкнула.
— Не хотите, не говорите. Ваше дело.
Ответа она действительно не ожидала. А что в такой ситуации может сказать человек? Но Олег её удивил, сипло заговорив после длительной паузы:
— Я серьезно болел. И болезнь моя прогрессировала с каждым годом. Несмотря на это, я старался жить и учиться, за что и был вознагражден. Я получил образование генетика и поступил на работу в серьезную организацию, где для меня сделали лекарство. Оно и позволяет мне нормально жить, но имеет один побочный эффект: пробуждает звериные инстинкты. И с каждым годом мне все сложнее с этим бороться, — словно на исповеди, на одном дыхании выдал Олег. — И, предвосхищая твой вопрос. Мне нужна была дочь, которая смогла бы обо мне заботиться, если я, например, слягу. Одним из условий была скромность и непорочность девушки. Предыдущие варианты я забраковал, потому что они вешались мне на шею, сводя этим с ума.
Олег стиснул кулаки и глядел в одну точку. Лера видела, как тяжело далось ему это признание, и жалела мужчину всем сердцем. Она ни на секунду не сомневалась в правдивости его слов. Фотографии в кабинете были лучшим доказательством его искренности. А прочитанное вчера письмо показывало, насколько все не гладко.
Девушка, опустив голову, смотрела в чашку, на лениво кружащиеся чаинки, и думала. Постараться забыть и остаться. Помогать Олегу и поддерживать его — или струсить и убежать. Сбежать от страшного, холодного взгляда, от звериной пугающей силы.
— Ты очень добрая, — тихо сказал Олег. — В воскресенье я отвезу тебя в приют. Но если ты вдруг захочешь остаться, — замявшись, продолжил мужчина. — Хочу предупредить. После того, что между нами было, я вряд ли смогу сдержать себя во время очередного приступа. Так что подумай хорошенько.
Девушка, серьезно кивнув, подошла к Олегу и, поборов поднявшийся в душе протест, легко поцеловала его в щеку.
— Спокойной ночи, папочка. Не сиди допоздна, — слова дались тяжело, но на душе сразу стало легко и спокойно.
Мужчина вздрогнул и удивленно посмотрел на Леру, а потом аккуратно обнял и погладил по голове.
— И тебе спокойной ночи, дочка. Спи крепко.
Без труда выбравшись из объятий мужчины, Лера бросилась вверх по лестнице. На глаза опять набежали слезы, а от прикосновений Олега, пусть и бережных, хотелось бежать отмываться в душ.