Сивый вышел в коридор сразу за своими ребятами, оставив Вениамина под присмотром мрачного автоматчика.
— Вниз, на второй этаж, несите в одну из комнат, — негромко приказал он. — Пока код не получим, не трогать.
— Вы обещали отпустить! — поборов леденящий ужас, прошептала Лера.
— Если будешь хорошей девочкой, может, еще и отпустим, — с гадкой усмешкой заверил главарь и, кивнув подельникам, вернулся в зал.
Молчаливые ребята поудобнее перехватили стул с двух сторон и двинулись вниз по лестнице. Лера старалась даже не шевелиться, прекрасно понимая, что падение в компании тяжеленного кресла не пойдет на пользу её пошатнувшемуся за последнее время здоровью. Молодцы же ронять никого и не собирались, целеустремленно протащив её мимо двух покуривающих автоматчиков, обосновавшихся на лестничном пролете.
— Обломится нам сегодня? — лениво спросил один из конвоиров, неприкрыто изучая связанную девушку.
— Как только дело обстряпаем, — довольным голосом ответил второй. — Так сразу и развлечемся.
Девушке этот разговор решительно не нравился, но её мнения тут не спрашивали, а высказывать его вслух было чревато еще большими неприятностями. Стараясь не впадать в бесконтрольную панику, Лера сосредоточилась на проплывающих мимо стенах. Покрашенные облупившейся грязно-желтой краской, с жирной коричневой полосой-бордюром почти у самого пола, они не могли надолго отвлечь от пугающих мыслей.
Транспортировка внезапно завершилась в маленькой комнатушке с одной-единственной негорящей «лампочкой Ильича», повисшей на паре оголенных проводов. Через горизонтальные узкие окна без стекол, расположившиеся под потолком, проникали багряные лучи заходящего солнца. Они свежей кровью стекали по стене, превращая и так неуютное помещение в камеру пыток. Сгрузив свою ношу, мужики размяли плечи и прикрыли массивную металлическую дверь.
Лера, глотая слезы, следила за их действиями. Её посадили против солнца, и оно теперь немилосердно разъедало глаза, не позволяя подробнее изучить комнату.
— Думаешь, расколется? — с сомнением спросил плечистый наголо бритый великан у своего товарища, изучающего небольшой хищный пистолет.
— Не знаю, это же Аргос, хотя все зависит от того, как его Сивый пытать будет, — со знанием дела ответил второй, более молодой и хлипкий на вид.
— Ого, Мих, а это чё за волына у тебя такая моднёвая? — наконец обратив внимание на манипуляции приятеля, спросил великан.
— А это у Аргоса было. Клёвая тема, легкий, удобный, со встроенным глушителем. Захапал, пока Сивый не видел, — довольно оскалившись, сообщил Мих. — Слушай, Берл, постой на стрёме, я пока девку потискаю, потом махнемся.
Великан понимающе ухмыльнулся и, достав сигарету, вышел в коридор.
— Если Сивый пойдет, свистну, — пообещал он, закрывая за собой дверь.
Оставшийся в комнате мужик подошел вплотную к Лере, приподняв её лицо за подбородок.
— Что, малыш, по-хорошему сладим? — певуче спросил он. — Что за скорбное личико? Давай не ломайся, я знаю, что в Аргосовом приюте лучшие шлюшки.
Мужчина с силой надавил пальцами на челюсть, заставляя Лерин рот непроизвольно открыться. Оставшись весьма довольным, он рывком расстегнул ремень и потянулся к ширинке.
Лера готова была на все что угодно, лишь бы этот пропахший пивом и сигаретами недочеловек оставил её в покое. Но никто не спешил предлагать ей свою помощь. Мысли метались растревоженными птицами, сердце колотилось так, словно хотело подальше сбежать из тела. Даже в кабинете у Олега она не испытывала такого отвращения и ужаса. Стоило только подумать о том, что ей сейчас придется делать, к горлу тут же подступала тошнота.
— Несговорчивая, но это даже возбуждает! — мужик, доставший из штанов что-то, в Лерином представлении больше всего похожее на таранное устройство, одобрительно хмыкнул. — Ну же, открывай ротик.
Пошлепав девушку крепким членом по щеке, он снова надавил ей на челюсти, заставляя шире открыть рот. Вторая рука грубо держала за волосы, не позволяя крутить головой. Короткие пряди выскальзывали из пальцев, ужасно раздражая мужчину. Лера отстраненно вспоминала о том, как её некогда длинную косу накручивал на руку приёмный отец, заставляя делать то же самое.
Задыхаясь от чужой плоти, перекрывающей кислород, захлебываясь слезами, катящимися по лицу, девушка пыталась справиться с тошнотой и хоть как-то отвоевать глоточек воздуха. Но насильника её состояние не волновало. Отстранившись от поникшей девушки, он с похотливым интересом окинул взглядом её фигурку.