Пальцы не слушались и скользили от пота и чужой липкой крови. Прочно уцепиться было не за что, подходящая опора отсутствовала. Безрезультатно попробовав несколько раз, девушка вытерла руки о штаны и перевернула стул спинкой к стене. Собрав в кулак всю волю к жизни, она снова подпрыгнула и, оттолкнувшись от железной спинки, протиснулась в окошко.
Оно было очень низким, зато довольно широким, так что Лера могла без проблем перевернуться спиной к улице. Оставалась самая малость: свеситься и отпустить руки.
Высота казалась неправдоподобно огромной. Какой второй этаж? Минимум четвертый! Окно выходило в темный заваленный мусором двор, в конце которого, ближе к дороге горело несколько бочек, освещающих группу людей и блестящие бока автомобилей. Разобрать, что ждет внизу, не получалось. Строение давало слишком густую тень. Оставалось только уповать на то, что не стекло или арматура.
Наверное, Лере пришлось бы еще долго набираться решимости, но заскрипевшая ручка двери подогнала не хуже, чем удар кнутом.
— Эй, Мих, паскуда, открывай! Ты тут не один.
Беглянка свесилась на улицу, из последних сил цепляясь за подоконник. Ноги безрезультатно шарили в поисках опоры, а ослабевшие пальцы медленно разгибались. Когда в дверь ударили плечом, Лера зажмурилась и отпустила руки.
Падения не последовало. Проскользив вниз по стене менее полуметра, девушка ударилась мысками об внезапное препятствие и начала заваливаться спиной вперед. Лера в панике заработала руками, пытаясь во что-нибудь вцепиться. Сорвав ноготь и даже не почувствовав этого, она ухватилась за какой-то выступ и перевела дыхание. Вниз практически беззвучно полетел один из пистолетов, но сейчас было не до того, чтобы оплакивать внезапную потерю. Наверху уже вовсю шумели, слышалось, как кто-то колотится в дверь, сыпля проклятьями и угрозами.
Вжавшись в стену, Лера выравнивала дыхание, оглядываясь кругом, не разжимая, впрочем, намертво вцепившихся в трещину в строении пальцев. Похоже, местом её пленения был заброшенный городок. Кроме здания, с которым она сейчас пыталась слиться, вокруг виднелось еще несколько построек советской эпохи, сбоку, окруженный подступившим вплотную лесом, белел жилой дом. Закончив крутить головой, девушка скосила глаза вниз, пытаясь различить, что так вовремя подвернулось ей под ноги.
Стену опоясывал толстый широкий выступ, на котором Лера сейчас и стояла. Примерно в десяти метрах справа беглянка различила что-то напоминающее пожарную лестницу.
Не тратя время на рассуждения, она начала пробираться вдоль стены. Удары в дверь прекратились, но это совсем не значило, что следовало расслабляться. Теперь перед девушкой стояла четкая цель: добраться до лестницы, спуститься вниз и где-нибудь спрятаться, так, чтобы этого не заметила торчащая у выезда компания. В сердце крепла уверенность, что все кончится хорошо, ведь после того, что она пережила, такая задача казалась пустяковым делом.
Благополучно добравшись до лестницы, Лера начала аккуратно спускаться вниз. Благо приютский опыт «общения» с этими ржавыми конструкциями научил её многому. Стараясь не распределять вес на центр хлипких ступенек, беглянка преодолела всего пару метров, когда её слуха достиг короткий болезненный крик. Где-то на четвертом этаже по-прежнему пытали директора. Но Лере оставалось только сбегать, убеждая себя в том, что оказать помощь ей все равно не по силам. Если невозможно что-то предпринять, стоит ли пытаться? Вокруг вновь воцарилась обманчивая тишина. Девушка слышала своё частое дыхание и жалобные стоны леса, окружавшего это забытое цивилизацией место. Нельзя, нельзя так поступать!
Быстро перебирая руками и ногами, Лера стала карабкаться по лестнице. Слишком мало времени, чтобы соблюдать осторожность. К черту, все к черту. Плевать на царапины, на ломоту в теле. Надо спешить, спасаться, спасать, ведь, пытаться стоит всегда, даже если почти нет шансов. Надо преодолеть страх и, не робея, бороться, если есть за что.
Окно на четвертом этаже оказалось стандартным. Разбитое стекло клыком торчало из пустой деревянной рамы. Оцарапавшись об осколки, хищно поблескивающие на подоконнике, девушка влезла в помещение.
Комната, в которую она проникла, была завалена разнообразным мусором: бутылки из-под пива, мешки с цементом, битый кирпич, стекло и многое другое, не различимое в темноте. Из пустого дверного проёма лился свет, слышались раздраженные голоса. Стараясь ни на что не наступать, Лера подобралась вплотную к косяку и боязливо выглянула в зал.
Вениамин по-прежнему сидел на стуле, его рубашка рваной кучей лежала рядом, а по телу струилась кровь. Голова, безвольно упавшая на грудь, темные гематомы на связанных руках, слипшиеся волосы. Рядом на длинном металлическом столе, больше похожем на кусок ленты конвейера, лежал злополучный кейс, ключи и два мобильника, в одном из которых Лера узнала свой.