— Ни пуха тебе, — затормозив у калитки, бросил через плечо Зэк.
— К черту, — тихо шепнула Лера и побежала к входной двери.
Ей предстояло еще испечь пирог и убраться в доме к приезду Олега. Ну и, конечно, самая малость — повторно вскрыть неприступный кабинет, чтобы вернуть побывавшую в стольких передрягах папку на место.
После всего случившегося было странно вновь очутиться в своей уютной комнате. «Запомнившие» её двери приветливо открывались от одного прикосновения. «Умный дом» послушно включал и выключал свет, активировал систему кондиционирования, закрывал жалюзи, спасая дорогую мебель от палящего солнца.
«Олег, почему же все так получилось?», — с тоской подумала Лера, сняв со спинки стула брошенную мужчиной футболку.
Совесть набросилась на девушку с новой силой, не жалея ни средств, ни инструментов. Пребывание в пустом, тихом доме начало оборачиваться кошмаром.
Девушка успела только вернуть на место папку, даже не переодевшись и не спрятав пистолет, когда позвонил Вениамин, чтобы выяснить, все ли с ней в порядке.
Забота директора была приятна, но и от неё сейчас хотелось спрятаться. Мужчина, судя по аккуратным наводящим вопросам о самочувствии и состоянии, пребывал в святой уверенности, что был у Леры первым. Он даже не спрашивал, а просто не сомневался, что удручало еще больше. Девушке не хотелось врать. А теперь придется обманывать сразу двоих.
К вечеру, когда Лера более-менее успокоила себя, отвлекшись на уборку и готовку, кошмар вернулся снова, на этот раз выплыв из новостной телевизионной ленты:
«Группа страйкболистов обнаружила шесть свежих трупов на заброшенном в лесу заводе. Пятеро застрелены, один заколот. Полиция ищет преступников».
В комнате осталась валяться ручка ножа с её отпечатками пальцев. Эти кровавые отпечатки там повсюду. Теперь её обязательно найдут и посадят за убийство! Отчаянье волнами захлестывало тело, заставляя дрожать, как от холода.
— Лера, что с тобой? Ты заболела!? — Борющаяся с паническим ужасом девушка не услышала хлопка входной двери. И теперь вернувшийся Олег стоял на пороге кухни со спортивной сумкой наперевес.
Принципы
Лямка соскользнула с широкого плеча, и сумка полетела на пол. Мужчина в два шага преодолел расстояние до Леры и бережно развернул её к себе лицом.
Если бы девушка не была до смерти перепугана своими мыслями, она, вероятно, заметила бы, что Олег посвежел и выглядит куда лучше, чем до отъезда, только голодные огоньки, затаившиеся в зрачках, блестели еще более хищно и неприветливо.
Хотя и они сейчас растворились в океане искренней заботы и беспокойства.
— Все хорошо, — медленно, как сомнамбула, ответила Лера. — Просто неважно себя чувствую, сейчас пройдет.
С каждым произнесенным словом ей становилось все легче. Бояться следствия глупо, в городе одиннадцать миллионов жителей. Кому придет в голову её подозревать? Спишут все на криминальную разборку и даже не будут искать виноватых.
Олег стоял рядом, неестественно выпрямив руки в её сторону. Так, будто хотел дотронуться, но боялся это сделать. Его задумчивый взгляд был прикован к до сих пор включенному телевизору.
— Ты что-то увидела в новостях? — напряженно спросил мужчина.
— Нет, — Лера, взяв себя в руки, задорно тряхнула кудлатой головой. — Просто вдруг сердце прихватило.
Конечно, последующий поход по всем известным врачам не внушал энтузиазма, но это было всяко лучше, чем допрос с пристрастием об истинных причинах её странного поведения. Тем более, девушка неоднократно слышала, что подобное иногда случается у подростков без видимых отклонений в здоровье. Недостаток то ли магния, то ли йода, то ли еще какой крайне необходимой организму ерунды.
— Сердце — это очень плохо, — успокоившись, произнес Олег. — Завтра же вызову доктора. Могу, конечно, и сам послушать, но я не кардиолог, — шутливо сказал он, а потом спросил, посерьезнев, — У тебя, кстати, такое уже бывало?
— Да, было пару раз, — как можно беззаботней ответила девушка. — Что стоишь, я пирог к твоему приезду испекла! Иди лучше переоденься, а то мне уже вовсю грозит голодная смерть!
Олег сердито погрозил ей пальцем и, подняв сумку с кафеля, подмигнул напоследок и направился к лестнице. Когда на третьем этаже хлопнула дверь в спальню, Лера без сил упала на стул. Она могла бесконечно драться и терпеть побои, хамить и «качать права», но патологически не умела и не любила лгать и притворяться.