1. Эбби
— Эбби, детка просыпайся. — няня отдернула шторы и комнату залил солнечный свет, отчего я поморщилась и запряталась глубже под одеяло.
— Эбби, его Величество хочет вас видеть.
— Ммм... — я недовольно промычала, но она права. Нужно вставать, дядя не любит ждать. Без особого желания я отдернула одеяло и опустила ноги на мягкий коврик.
Няня, увидев, что я проснулась, довольная собой удалилась, давая мне возможность приходить в себя в одиночестве. За что я была ей благодарна. Я осмотрела свою комнату, и волна меланхолии накрыла меня. Моя комната была шикарная, королевская, ничего не скажешь. Вся мебель из дуба, с вычурными фигурами и золотистыми узорами. Напротив кровати стоял большой двустворчатый шкаф. Справа — диван с высокой резной спинкой и изогнутыми ножками бежевого цвета с оббивкой в мелкий цветочек. Рядом туалетный столик с большим зеркалом в золоченой раме с вензелями, а в центре комнаты стояла кровать с балдахином. Паркетный пол застелен мягким пушистым ковром. Шелковые обои на стенах с золотой лепниной, несколько картин известных художников в деревянных резных рамках и в позолоте, а на потолке шикарная многоярусная люстра с хрустальными подвесками. Три двери одна выходила в коридор, вторая - в ванную комнату, а третья стеклянная скрытая за тяжелой портьерой выводила на небольшой балкончик с кованными перилами. Да уж, масштабно ничего не скажешь. Ну с моим титулом без пафоса нельзя. Каждое утро я выходила на этот самый балкончик, с которого открывался вид на мой внутренний двор. Несколько садовников подстригали кусты придавая им форму шара. Я любила свой дворец, свой сад, свою комнату, но последние десять лет все это стало моей золотой клеткой.
Десять лет назад, после гибели моего отца моим дядей, нынешним королем Сноудента, было принято решение о закрытии королевства от чужаков. Больше никто не мог его покинуть или посетить, а меня на этот срок закрыли во дворце. Все, потому что мой дядя очень любил и переживал за меня. Учитывая события десяти лет давности, становится понятно почему. Думаю, нужно рассказать подробнее.
В самом центре континента Вальнор находилось небольшое процветающее королевство Сноудент. На севере за Бирнамским лесом с запада на восток, протянулся горный хребет Аварим, который защищал от холодных северных морозов. Благодаря этому хребту горожане снег видели только на верхушках самих этих гор. С востока королевство омывалось Неспокойным морем. Что находилось за ним никто не знал, потому что каждый уплывавший никогда не возвращался. То ли их там жизнь ждала лучше, то ли уже кормили морских чудовищ на дне. Не знаю, но больше склоняюсь ко второму варианту. В общем лишь три королевства были на континенте: в самом его центре — Сноудент – мой родной дом, Мифир — протянулся с севера беря начало в горном хребте и уходя на юго-запад, а Моравия – на юге. Ниже были мелкие поселения, а дальше пустырь. На континенте Вальнор уже несколько столетий не было войн. Последняя война была между эльфами и людьми. Битва, конечно, была знатная до сих пор барды прославляют людские подвиги той борьбы в своих песнях.
С самого детства я любила наблюдать за жизнью королевства с этого самого балкона, как за воротами дворца ходят толпы народа, как дети бегут радостно со школы. Мне всегда нравилось наблюдать за людьми, за их жизнью. Сейчас же мне очень хотелось окунуться в эту жизнь, прочувствовать ее, но я закрыта здесь, теперь этот дворец моя золотая клетка.
— Как же я скучаю, папа. Как же все изменилось. Почему ты оставил меня? Почему? Почему? — вопрос, который я задаю себе каждый день, — почему именно ты? Кто мог это сделать, ведь ты был прекрасным королем. Убийцу так и не нашли, но я обещаю, я найду его, и отомщу за тебя. Он поплатится за это. Обещаю.
Я много раз представляла себе как моя стрела пронзает его тело, ранит, обездвиживает, но не убивает сразу, ведь мне нужны ответы. Сквозь прикрытые веки потекли слезы. Пальцы сами собой сжимаются в кулаки, а сердце вновь разрывается от боли. Прошло уже более десяти лет с этого ракового дня, со дня, когда его не стало. Время лечит, скажете вы? Время калечит. Тело, душу, сознание...
Холодно. Ледяная пустошь образовалась внутри. Смертельный холод, уничтожающий любые чувства. Лишь любовь к папе осталась непоколебимой. Слезы высохли, но в душе ледяное пламя не собиралось прятать свои языки, в мучительной пытке лаская мою душу и сердце.
Мои внутренние терзания прервал голос няни, заставив меня вздрогнуть. Смахнула со щек незваные слезы и развернулась к ней.
Патрисия была невысоко роста, немного полновата. Ей было около пятидесяти лет. Всегда ходила в фартуке и чепце. Она всегда очень добра ко мне, она заменила мне мать и с особым трепетом следила за мной, даже в детстве никогда не ругала. Помню, как гуляя с мальчишками мы ловили поросят в загоне, просто забавы ради я тогда пришла вся перепачкана в грязи или когда мы прыгали по крышам и я, поскользнувшись упала в куст розы и пришла вся в ссадинах и синяках. А она только вздыхала и шла меня купать, а потом обрабатывать ссадины. Я очень ее люблю, она мне заменила маму, которую я даже не знала. А ещё она была страшным консерватором, только пару лет назад начала звать меня просто по имени, и то только после того, как я заявила, что это приказ. А то всегда отговаривалась «так не положено, ведь Вы принцесса. Вы должны этим гордиться. И так далее». Всегда эти никому не нужные титулы. Терпеть не могу их, и все уже давно к этому привыкли, конечно, кроме Короля. Он же всегда в присутствии слуг держит лицо и соблюдает все формальности.