Гора... Она настолько удивительна и прекрасна. Переливается всеми цветами, я бы назвала ее — Радужная гора. Она выше неба, выше облаков. Я лечу к ней, будто птица. Огибаю ее круг за кругом, поднимаясь к вершине. Вой ветра практически оглушает меня. Я чувствую себя такой лёгкой, свободной. Мне так весело, хочется закричать во все горло, а потом громко рассмеяться. Я не могу сдержать улыбки. Эмоции переполняют. И вот я уже на вершине, вижу озеро. В прозрачной бирюзовой воде отражается небо. Серебристые волны блестят под солнечными лучами. Я лечу над ним, кружусь, смеюсь. Так хочется нырнуть и почувствовать его прохладу. А впереди вода как легкая шелковая ткань лазурного цвета спускается с горы. Это буйствует водопад оглушая своим шумом. Прям за ним виднеется пещера. Лечу в нее сквозь поток воды. Ощущаю прилив адреналина. Сердце начинает дико стучать в груди. Каждая клеточка моего тела трепещет от предвкушения. Зажмуриваю глаза и ожидаю почувствовать капли холодной воды на моей разгорячившей коже. Но... ничего не происходит. Медленно раскрываю глаза и ничего не вижу. Полная темнота вокруг. Мне становится очень холодно и страшно, ноги подкашиваются. Я не боюсь темноты, но здесь страх сковал меня. Это был страх не темноты, а того, что в ней кроется. Ничего не вижу, но отчётливо чувствую чье-то присутствие. Ощущаю на себе чей-то взгляд. Я здесь не одна. «Кто здесь?» - крикнула, но голоса своего не услышала. Я попыталась крикнуть ещё и ещё раз, но была полная тишина, ни звука. И тут в моей голове раздался голос. Чужой голос в моей голове. Громогласный, немного рычащий звучал в мыслях, отдавался вибрацией в каждой клеточке тела, в каждом уголке сознания. «ПОМОГИ МНЕ».
Пролежав так с пол часа, поняла, что уснуть мне так и не удастся. Накинула плащ, и на всякий случай, скрыв лицо в тени глубокого капюшона, отварила дверь и вышла на окутанную утренними сумерками улицу. За время своего ареста от скуки и нехватки общения я неплохо сдружилась с королевской стражей. Часто играла с ними в карты, конечно же в тайне от всех, только Патрисия знала. И конечно же она этого не одобряла, но понимала и ничего не говорила. Я так же сблизилась и с молодым гвардейцем, сыном капитана королевской гвардии, Калебом, который стал мне как старший брат. Если бы не он я сошла бы с ума от одиночества. Раньше дядя часто приходил и гулял со мной. Мне очень нравились эти моменты, ведь он это вся моя семья. Но последние пару лет у него появилось много работы, и мы стали реже видится. Вот тогда и случилась моя первая вылазка в город с Калебом, а потом и еще одна. Через пол года я уже научилась покидать дворец тихонько сама. Конечно же я понимаю, узнав об этом дядя, полетели бы головы, и первая была бы отца Калеба, капитана королевской гвардии, но я ничего не могла с собой поделать, уж очень манил меня мир за высокой каменной стеной.
Я шла по ещё темной кое-где освещенной фонарями дорожке, цокая по каменным плитам каблучками. Иногда проезжали повозки и кареты. Людей на улице было мало, все-таки ещё очень рано. Погрузившись в свои мысли, я и не заметила, как завернула в самый неблагополучный квартал королевства, его ещё называли — черный квартал. Хотя в последнее время таких кварталов становилось все больше и больше. И куда вообще стража смотрит?
Улица узкая и плохо освещенная, здания двух — трех этажей, выше надстроенные деревом, причем кое-где, чтобы эти поздние постройки обрели большую устойчивость, между соседними домами ставили в распорку толстые деревянные бревна, между ними на веревках сушилось белье или даже вялилась рыба. Все окна со ставнями, все двери обиты металлическими, тронутыми ржавчиной полосами, и капюшоны, надвинутые на лица — частые явления. А еще запахи. Кислое пиво, готовящаяся еда, застоявшаяся вода в канавах, ядовитые пары табака с приторно — сладкими нотками дешевых духов.
Сбоку из шумного трактира с незамысловатым названием "Пивная бочка", вывалились трое.
— Привет, — прохрипел первый, — какая девушка, ночью и без охраны.
Подошедшая троица сально ухмылялась. Холщовые штаны, дешевые сапоги, темные рубахи — головорезы, одним словом. И несло от них плохим алкоголем и дешёвым табаком. Так себе компания.
Первая мысль была "бежать", бежать со всех ног и не оглядываться, и только я развернулась, чтобы привести ее в действие, первый достал нож и прохрипел:
— А ну не дергайся.
— Проклятье, — я тихонько выругалась, разворачиваясь к ним лицом.
— Вроде приличная девка, а ругается, как сапожник — заметил второй.