— Ничего, сейчас пищать начнет, — это уже толстый боров в старой шляпе и с грязно — желтым шейным платком, от него отвратительно несло немытым телом, застарелым потом и дешевым пойлом.
К моему удивлению, страха не было, мой мозг, всеми силами, пытался придумать, как отсюда улизнуть. Наверное, это адреналин смешался с кровью, побежал по венам и запульсировал в висках. Сердце билось так сильно о грудную клетку, будто хотело вылететь. Но голова оставалась холодной. То, что кичиться титулом не стоит в этом я даже нет сомнений. Думаю, узнав, что в их сети попалась принцесса обрадовало бы еще больше. Сразу было видно, что на титулы им плевать. В лучшем случае просто не поверят, в худшем похитят и будут выкуп требовать.
Они начали окружать меня. Сейчас главарь начнет рассуждать, что они со мной сделают. Просто, потому что он садист и у него комплекс неполноценности. Скорее всего он из какой-то бедной семейки, где родители пили и отец частенько его избивал, а также зависть и ненависть к тем, кто живет лучше.
Головорез в шляпе достал нож и придвинул его ко мне отодвигая капюшон, заглядывая в лицо.
— Красавица, и не страшно ли вам гулять одной так поздно? Эй, а ну глянь-ка, — обратился он к первому - а не наша ли это часом красавица?
Первый достал из кармана сложенный в несколько раз листок и начал его рассматривать, а после кончиком ножа приподнял мой подбородок, что бы в лунном свете лучше рассмотреть лицо.
—Похожа, — подытожил он.
— Вот так удача, — рассмеялся боров, — ну что будем с тобой делать? Может сначала развлечемся, перед тем как выполнить заказ?
Вдруг сзади раздался холодный, как сталь голос:
— Отпустите девушку и сможете уйти отсюда целыми.
Мы все развернулись на голос и увидели, как из тени вышел человек в капюшоне, тот самый. Он двигался медленно, не спеша, я бы сказала лениво, в сторону верзил. Увидев новую жертву, шайка двинулась навстречу. В руке и у второго за одно движение оказался короткий кривой нож. Он широко ухмыльнулся, бросив взгляд на меня. Теперь все трое были вооружены.
— Последний шанс, девочки, — я не видела его лица из-за капюшона, но голос стал насмешливым и неприятно резким, — валите отсюда.
— Де-воч-ки? — раздельно и глухо прорычал третий боров в старой шляпе.
Уличные драки не бывают красивыми, как постановочные в пьесах про благородных разбойников. Это не поединок, не турнир и не дуэль. Тут вполне могут навалиться толпой, воткнуть нож в спину, ударить по голове чем-то тяжелым или, например, сбить девушку с ног и немного попинать ее в грязи. Ну просто чтоб покладистее стала, а бывает и вообще — для развлечения. Такие вот уличные герои напоминают стаю шакалов. Им не просто нужно отобрать у человека кошелек или драгоценности, нет, таким нужно чувствовать чужой страх и боль.
Они начали окружать моего спасителя. Первый кинулся справа, человек в капюшоне выхватил меч, встречая чужое оружие.
Я встала, прижавшись лопатками к стене в тени, и наблюдала за происходящим, а посмотреть было на что. Первый нападавший, пытался попасть ножом в голову моего спасителя, но тот поднырнул под его руку и коротко уколол мечом в бок. Нападавший замер, медленно опускаясь на землю, выронил оружие, а бок окрасился в алый цвет. Воздух наполнился запахом крови. Человек в капюшоне уже встречал второго. Он двигался плавно, грациозно: выпад, разворот, удар, снова отразил. Не было ни одного лишнего движения. Такое чувство, как будто он родился с мечом в руках. Пока он нападал на одного головореза тот, что в старой шляпе ударил в спину, на миг мне показалось, что нож вошел в тело спасителя, но он успел обернуться и ударом ноги в живот отбросил здоровяка, нанеся один единственный удар, пробивший нападавшему грудь. Его меч был измазан в чужой крови. Он не боялся отнять чужую жизнь, было видно ему это не впервой. Уверенна, его потом и совесть мучить не будет. Его не будут посещать мысли, а мог ли он поступить иначе. Нет... он был убийцей. Я даже не знала, кто лучше те головорезы или незнакомец. В капюшоне. Одни, веселья ради, решили поиздеваться, сомневаюсь, что они могли бы убить, припугнуть разве что. Но человек в капюшоне явно получал от происходящего удовольствие и это пугало. Третий попятился назад, часто — часто прижимал пальцы ко лбу и губам поочередно, и что-то залопотал совсем непонятное, сверкая белками глаз и крепкими зубами, влажно поблескивающими между толстых темных губ. На его запястье я заметила туже татуировку волка. Человек в капюшоне стоял спиной ко мне, и я не видела его лица, но он медленно шагнул навстречу своей жертве, похоже, насаживая его глубже на лезвие своего оружия.