— О, нет. Это была стихийная застройка. В ней чувствуется веяние Катреолы — и не без оснований, поскольку мой прапрадед был родом из Вичеры. Ему также принадлежала идея вывести на острове особый сорт холодостойкого горького апельсина.
— Но вернёмся к основательнице рода, — предложила Феруиз. — Что заставило других поверить, что она была колдуньей? Какие были к этому предпосылки?
— Да хотя бы тот факт, что ей не довелось пережить ни одного неурожайного года, — включилась в разговор Балти-Оре. — И это при том, что остров только осваивался. Распахивались поля, строились амбары и мельницы, сеяли первое зерно. Даже Пэрфе, испокон веков сведущие в сельском хозяйстве, не сумели добиться такого блистательного результата. И потом, много ли нужно было нашим предкам, чтобы обвинить кого-то в колдовстве? Тем более, на острове, ещё буквально вчера населённом ведьмами.
— То есть, вы полагаете, что на эту женщину возвели напраслину? — поинтересовалась Феруиз.
— Очень на это похоже. Как бы то ни было, Жао известна как выдающаяся гердина. Считайте это крамолой, но я бы сказала, что даже если в ней была толика колдовского, она пошла Йэллубану только на пользу.
Балти-Оре звонко рассмеялась. Лесли подошёл к девушке, погладил её по голове и заметил, что час уже поздний, а завтра он планировал подняться пораньше, чтобы выехать к отцу.
Феруиз с готовностью поднялась из плюшевого кресла, идеально подходившего ей по росту (вот когда она в полной мере оценила бытовую предусмотрительность киана Дугиса). После долгой поездки ей и самой требовался отдых.
Глава 41
На следующий день Лесли, как и обещал, собрался ехать на дамбу. Завтракал он уже, можно сказать, одной ногой в седле. Но прежде чем ему довелось выпить стакан морковного сока и прикончить оладьи из спаржи, в столовую военным шагом зашёл высокий представительный молодой человек в лёгких доспехах, с мускулистыми руками и остриженными ёжиком тёмно-русыми волосами. Его правый глаз зорко оглядел присутствующих за столом, полоснув неожиданной голубизной; левый был прикрыт жёлтой повязкой с изображённым на ней рыжим аль'орном.
— Киан Лесли, срочное сообщение! — объявил он, приняв строевую стойку.
— А, это ты, одноглазый, — ответил тот с набитым ртом, улыбнувшись. — И тебе доброе утро! Киана Феруиз Фэй, позвольте представить вам Дшона Викара, капитана городской стражи и моего лучшего друга.
— Который сейчас, между прочим, на службе, — заметил Дшон. — Моё почтение, киана. В общем, Лесли, тут такое дело: в городе объявился твой братишка… То есть, я хотел сказать… — запнулся он и выразительно посмотрел на Феруиз, наспех соображая, как бы перестроить фразу.
— Не трудись, дружище, киана в курсе этой истории. Говори свободно.
— Есть. Хорошо, — сказал Дшон, вздохнув с облегчением. — В двух словах, он бродит по южным районам и всем рассказывает очередную басню про то, как какая-то рыжая девица намедни его оскорбила. В прямом смысле оставила без штанов. Короче, я не знаю, с кем он там спутался — подружку, что ли, себе завёл, — но он утверждает, что эта девица скрывается у тебя в замке. И он должен ей отомстить. Скажи, твои горничные или там прачки с ним на днях не пересекались?
— Да откуда мне знать, — рассмеялся Лесли. Феруиз засмеялась не менее громко и пояснила, что может пролить свет на эту историю. Она вкратце поведала подробности своей вчерашней встречи с Сидом. Тут уж от смеха не сумел удержаться никто, даже киана Йэло.
— Зря вы так с ним обошлись, — заметила Балти-Оре. — Но вы же не знали: у Сида очень ранимая натура. Он тяжело переживает насмешки.
— Ты слишком добра к нему, солнышко, — заметил Лесли, наклонился и поцеловал её в щёку. Затем точно так же тепло поцеловал мать. — А теперь, любезные дамы, я вынужден вас покинуть. Дела не ждут, дела торопят! Дшон, по коням!
— Есть! — отозвался тот, откланялся дамам, развернулся по-военному и покинул столовую.
Феруиз осталась в обществе кианы Йэло и её дочери. Пришло самое время заняться тем, ради чего она сюда приехала. Но у кианы по-прежнему не было чёткого плана. По счастью, Балти-Оре сама предложила ей осмотреть город.
— Река Заюра делит Йэллубан на две части, — рассказывала девушка, когда они оставили замок Бэй за спиной, — северную и южную. Регион в целом и город в частности. Знаете, меня всегда забавляло, как целый край носит то же название, что и центральный город.