— Это вы мне рассказываете! — с улыбкой заметила Феруиз, чей Рэди-Калус страдал тем же топонимическим недугом.
Она предложила Балти-Оре впредь обращаться к ней на «ты», и юные кианы, лавируя в хитросплетениях улиц, отправились на Белокаменную площадь.
— Это моё самое любимое место в городе, — призналась Балти-Оре, — посмотри, какой здесь потрясающий вид с набережной на реку и мост, который ведёт в северный Йэллубан. Это — единственный крупный мост через Заюру, так что любому, кто желает пересечь остров с севера на юг в этой части, придётся проехать через город. Уже долгое время идут разговоры о том, чтобы построить окружную дорогу и возвести ещё один мост к востоку от Йэллубана, но пока они только на уровне идей. Ведь мост должен быть либо достаточно высоким для того, чтобы под ним могли проходить суда любого водоизмещения, либо разводным — как этот.
Феруиз была наслышана о знаменитом разводном мосте Йэллубана, постройка которого завершилась буквально четыре года назад, и была рада увидеть его, наконец, воочию. Она предложила пройтись на ту сторону и, пока кианы неспешно пересекали мост, расспрашивала о принципах его работы и механизмах. Что касалось технической стороны, Балти-Оре предложила уточнить детали у её отца или у Лесли, добавив лишь, что здесь заимствована технология существующих издавна крепостных подъёмных мостов. Единственная разница заключалась в размерах этого сооружения и идее сконструировать две автономные подъёмные половины на противоположных берегах.
Оказавшись в северном Йэллубане, Феруиз с облегчением отметила, что эта часть города не так изобилует запутанными ходами и переулками. Девушки пошли по серобулыжной змеистой улице и вскоре очутились на боковой парковой аллее, по обеим сторонам которой росли крупнолистные конские каштаны. Они были покрыты внушительными конусовидными соцветиями, напоминающими толстые восковые свечи, и вовсю готовились зацвести.
— Это городской северный парк, — сказала Балти-Оре, разведя руки и констатируя, на взгляд её собеседницы, очевидное. — Он был разбит более ста лет назад. Здесь находятся оранжереи, где мы выращиваем наши знаменитые апельсины. Хочешь их посетить?
— Разумеется, — согласилась Феруиз.
При оранжереях содержали гусей, которые носились, как оголтелые, в свободном выпасе, купались на пруду и изредка летали над городом, но всегда возвращались к кормушке. В самих оранжереях, помимо апельсинов, выращивали также лимоны, виноград и всевозможные цветы. И — вот ведь что не ожидалось! — имбирь.
— Так-так, — сказала Феруиз, уперев руки в бока. — Придётся вам поделиться с добропорядочной восточной соседкой чертежами ваших теплиц. Киан Тоур может сколько угодно упирать на то, что у нас недостаточно времени на то, чтобы разбить такие же у себя в Рэди-Калусе, но, клянусь, я найду это время, чего бы оно мне ни стоило.
Балти-Оре не возражала и с радостью провела её к заведующему оранжереями. Феруиз провела с ним больше получаса, задавая интересующие её вопросы. Напоследок он пообещал предоставить ей чертежи и даже отсыпать семян.
Когда девушки возвратились к обеду в замок, они застали киану Йэло в обществе их утреннего гостя. Тот бодро и, судя по всему, с юмором рассказывал о недавних происшествиях в городе и заставлял маленькую киану поминутно смеяться, протирая глаза платочком.
— А вот с восточной кампанией беда, киана, — заметил он. — Выходит так, что ни я, ни мои консервы передовой не увидят. Но мы ещё поборемся, хотя бы за консервы! Я уже направил очередное прошение в канцелярию его величества.
— Желаю вам удачи, — ответила Йэло, — но сами, прошу вас, не торопитесь на фронт. Нам здесь без вас никуда!
— А там разве куда-то? — шутливо возразил он.
Феруиз фыркнула. Этот рослый молодчик напомнил ей старшего брата. Такой же самоуверенный и прямолинейный.
— Как, вы снова здесь? — удивилась она.
— Как видите, киана, — заметил тот, поднявшись. — Надо же кому-то ухаживать за дамами во время обеда и развлекать их.
Девушка снова фыркнула. Определённо этот тип её забавлял. В столовой он сел рядом с ней, подливал ей воды в гранёный бокал, накладывал добавки, изымая подносы у слуг, и расспрашивал о жизни в Рэди-Калусе, о подготовке военных частей, обо всём, что занимало и её с начала этого года.
— Судя по последним прогнозам, лето будет жаркой порой в засушливых степях Куртъюрт, — поделился он с ней, — и, если верить слухам из императорского дворца, одним элитным отрядом мы на сей раз не ограничимся. Я лично записался в добровольцы, но мою кандидатуру настойчиво отклоняют ввиду моей занятости на посту капитана стражи. Готов поклясться, здесь не обходится без этого прохвоста Лесли.