Эта мысль наполнила её сердце негой.
Отступая с утёса, шагом за шаг, оставаясь к морю лицом, Паландора потянула юношу за собой. Сбросила сандалии, прошлась по бежево-серой земле, поднялась на гряду шершавых валунов и чуть не угодила в почти идеально круглое отверстие у их подножия. Ахнула от неожиданности, опустилась на корточки и заглянула внутрь.
— Как ты думаешь, что это такое?
— Нора, должно быть, — ответил Рэй, присоединившись к ней.
— Такая большая? Нет. Мне кажется, это вход в пещеру.
Её предположение оказалось более верным. Паландора, придерживая юбку и осторожно ступая по острым камням, спустилась в лаз и проникла в пещеру. Она очутилась в большом гулком гроте с ноздреватыми серыми стенами, где слышен был приглушённый шум моря и плеск воды. Рэй попытался было уговорить её вернуться и не подвергать себя неведомым опасностям, но потерпел поражение. Тогда ему пришлось спуститься вслед за ней. Двое пересекли залу, запрокинув головы и увлечённо осматривая её покрытые сталактитами своды.
— Какое дивное место, — восхитилась Паландора. — Рэй, не забудь включить этот грот в свою поэму.
— Да. Он однозначно стоит того.
Рэй достал дудочку и извлёк из неё пару нот наугад. Опустил её и прислушался к звукам, которые разносило эхо.
— О нет, ты опять за своё! — воскликнула Паландора. — Право, я больше не знаю, обернулся добром ли мой жест, когда я преподнесла тебя эту дудку. Ты свистишь, как боцманы в порту, — рассмеялась она.
Рэй стушевался.
— Прости, я больше не буду.
— Прошу тебя, не извиняйся. Свисти, если хочешь. Как знать, возможно ты сочинишь не только поэму, но и какую-нибудь красивую мелодию.
— Едва ли. Я никогда не писал музыку. Как я уже говорил, для этого мне недостаёт вдохновения.
— Тогда, возможно, ты обретёшь недостающее вдохновение в этой пещере. Давай осмотрим её получше.
Они двинулись вдоль задней стены пещеры, терявшейся в полумраке, откуда попали в узкий смежный коридор, также испещрённый сталактитами и сталагмитами. Конечно, с эдремскими соляными пещерами в южной части острова здешний грот было не сравнить — а с галереями горного Тао и подавно. В любом случае, что Рэй, что Паландора не бывали ни там, ни там, и сумели прельститься скромным очарованием местных гранитных скал и известковых наростов. Оба решили не углубляться далеко и избегать коридоров с развилками. Остановились в третьем по счёту зале, куда через расщелину в потолке проникал солнечный свет и свежий морской воздух.
— Поверить не могу, что я никогда здесь раньше не была, — сказала Паландора, примостившись на камне у потолочной расщелины. — Всю жизнь прожила на этом острове, а такой красоты ни разу не видела. Как думаешь, сколько ещё на Ак'Либусе таких уголков, где непременно стоит побывать?
— Очень много, — ответил Рэй и смутился тем, как по-детски это прозвучало. — Но это скорее хорошо, чем плохо.
— Я с тобой полностью согласна. Когда я стану гердиной, первым указом снаряжу экспедицию во все концы острова, чтобы люди нашли как можно больше живописных мест! Хотя… В таком случае, о них все прознают, потянутся сюда, истопчут траву и изрежут камни непристойными надписями. Или поселятся здесь и окончательно погубят очарование нетронутой природы.
— Не такой уж нетронутой, — заметил Рэй, наткнувшись на ветхий обрывок верёвки, — кто-то уже побывал здесь до нас.
— Ах, ну и пусть. Главное, не вместо нас. Я предлагаю остановиться в этой пещере на ночлег. Что скажешь?
— Как пожелаешь, — ответил Рэй, рассудив, что они достаточно для этого экипированы. — Но для начала я бы советовал нам пообедать.
— Здравая мысль, — заметила Паландора, поднимаясь с камня.
В этот раз путники предусмотрительно запаслись провиантом и захватили плащи на случай дождя. Они вернулись к лошадям, вынули из седельных сумок поклажу и расположились на пикник у дымчато-розовой ноздреватой скалы, напоминавшей овсяный мусс. После обеда отправились на прогулку по окрестностям. Как знать, возможно в округе таились и другие, не менее живописные пещеры.