Глашатай еще несколько раз зачитал приказ. На площади собралось достаточно людей, поэтому он не сомневался, что данный приказ будет известен здесь всем и каждому. После оглашения приказ вступил в силу.
Марк был назначен старшим смотрителем их крепости, на него возлагалась обязанность по проведению мероприятий, связанных с защитой крепости как в мирное, так и в военное или смутное время. Сейчас время было смутное, ибо в любой день и любую ночь иноверцы могли совершить набег на их поселение.
Князь вскоре прислал свой ответ главе окраинного поселения-крепости Робе на его извещение. Он поблагодарил его за преданность и верную службу, а также наказал, чтобы ни один иноверец не прошел мимо владений их поселения-крепости, а обязательно был схвачен и взят в плен. Если какой набег мог бы совершится иноверцами в сторону их княжества, то этот набег или иные действия, угрожающие спокойствию их населения, должны быть немедленно пресечены любыми способами, а о произошедшем должно быть немедленно доложено в их приграничное княжество.
Роба написал ответ, в котором выразил благодарность за оказанное ему князем доверие, а также выразил заверение в том, что ни одна птица не пролетит мимо их крепости без должного на то позволения.
Князь был очень доволен выслугой главы этого окраинного поселения и приказал наградить его, как только тот предоставит ему голову хотя бы одного иноверца. Роба обещал, что выполнит сие поручение в скорейшем времени, что головы не одного, а тысяч иноверцев будут брошены к ногам русского князя.
Агзам и Тансылу приближались к поселению. Их уже заметил дозорный одной из башен, лучники, а также стража у ворот. Поскольку солнце еще было высоко, ворота оставались открытыми, но стража вышла вперед, чтобы остановить чужаков.
— Там! – указала Мария на горизонт. – Татарская конница, закройте ворота! Скорее!
Мария задыхалась, ей нужно было отдышаться. Один из стражников послал гонца к старшему смотрителю Марку, чтобы известить его о возможном набеге.
— Кто вы? Вы татары? Гонцы Золотой Орды? – строго вопрошал Марию один из стражников, другой держал в поле зрения ее спутника, Агзама.
— Я из этого поселения… неважно, теперь я с ним. – Мария указала на Агзама, потом добавила. – Он татарский воин, но мы с ним пришли с миром.
— Это понятно. Вы гонцы? Вас прислали известить о начале новой войны? – строго вопрошал стражник.
Мария не понимала, почему никто ее не понимает и где те люди, которых она знала. Где ее матушка. Мария попыталась пройти внутрь крепости, но ее не пустили.
— Вам запрещено заходить на территорию данного поселения, так как вы иноверцы. Вы чужаки!
— Я хочу увидеть свою матушку, я не ино… – Мария чуть было не сказала, что она «своя», что она христианка, но правда была также и в том, что она уже приняла ислам, а стало быть, для жителей своего прежнего поселения была иноверкой.
Только в этот момент Мария поняла, что еще изменилось в тот миг, когда она перешла в другую религию и обрела новый мир с Агзамом – для мира прежнего она перестала существовать, ведь Марии больше не было – была Тансылу.
Гонец вернулся к стражникам у ворот и что-то сказал одному из них. Их разговора слышно не было. Стражникам было приказано перевести крепость в боевое положение, а гонцов-иноверцев – взять в плен.
Агзам защищал свою спутницу, он всей душой переживал за ее судьбу. Ведь теперь, считая ее иноверкой или того хуже – предательницей, ее могли казнить. Агзам вступил в бой со стражниками, но в этот раз выиграть битву ему не удалось – Мария, она же Тансылу, пыталась оттащить его в сторону, чтобы у них была возможность сбежать, но ее схватили и увели в крепость. Она окликнула Агзама, чтобы попрощаться с ним. Он перевел на нее свой взгляд, отвлекся во время боя и был поражен кинжалом в самое сердце. Тансылу видела его погибель и не могла сдержать эмоций. Она кричала, вырывалась, била стражников в лицо и грудь, одному из них ранила глаза. Словно волчица, она показывала свои клыки жителям своего же в прошлом поселения. Мария – уже не Мария, а Тансылу – была теперь перед ними. Ее связали и провезли по центральной улице поселения, волоча по земле, чтобы все видели, какую участь она получила за предательство. После этой позорной пытки ее доставили в темницу.