Марк занес меч над ее шеей, но все еще не решался опустить его вниз – выжидал и надеялся, что Всевышний подаст ему знак, он обратил свой взор в небо – ни облачка!
Потоки холодного воздуха легким ветерком обвивали шею Марка и Марии, затягивая на них своеобразный узел.
Мария вдруг вспомнила тот свой сон, который увидела, когда упала с лошади. Теперь его толкование ей было ясно: она прошла сквозь лес и туман, нашла свою любовь, и теперь один лишь миг отделял ее от своего возлюбленного. Что может быть желаннее? В этот миг она вдруг ощутила удивительное успокоение, будто не на казни она находится вовсе, а только перед закрытой дверью, отворив которую, шагнет в обитель любви.
Марк ровным усилием опустил меч вниз – голова Марии покатилась по земле в сторону людской толпы…
От звона колокольчика, привязанного к входной двери, Мария очнулась. Она уснула, но обеденный перерыв закончился. От неожиданности пробуждения, она выронила книгу, которую читала, «Божественную комедию» Алигьери Данте. Она сидела за прилавком, но уснула. Мария выпрямилась, сидя на стуле. Одна ее щека отразила последствия ее глубокого дневного сна.
— Боже, вот это я дала храпака! – едва слышно произнесла она сама себе, чтобы вошедший посетитель не разобрал ее слов; Мария также успела взять мобильник, чтобы посмотреть на нем, который час – времени было половина третьего, самый разгар трудового дня.
В магазин керамической посуды вошел потенциальный покупатель. Это был молодой мужчина средних лет, но выглядел моложе своего возраста. Он зашел в этот магазин впервые.
Когда мужчина подошел ближе, то Марии он будто бы показался знакомым – он был высокого роста, широкоплечий, волосы густые, контур его лица опоясывала борода. На нем были синие джинсы, на ногах черные туфли, а на теле – темных тонов футболка с большим рисунком волка во всю грудь. Вид волка не производил отпугивающего впечатления, даже наоборот – чем-то привлекал внимание. Мария не могла вспомнить, где бы видела этого мужчину, однако она могла на отсечение отдать голову, если бы раньше он уже заходил к ней в магазин.
Пока мужчина оглядывал товар на полках, Мария поприветствовала его:
— Здравствуйте, добрый человек, выбирайте товар! У нас вы найдете все, что вам нужно!
Мария встала, убрав руки за спину, мельком взглянула на книжку, которая валялась под ногами на полу, но потом вернула взгляд к посетителю. На ее лице сияла ее ангельская искренняя и чистая улыбка, мужчина тоже улыбнулся ей и ответил:
— Мне бы чайный набор на шесть персон. Мы с женой недавно переехали в этот город, теперь вот обживаемся тут.
Мария показала, где располагаются образцы сервизов, потом сказала, что может подсказать с выбором. Мужчина был не против ее помощи и внимания.
— Кстати, днем самый лучший сон и чудесные, даже волшебные сновидения! – с улыбкой заметил мужчина, попутно разглядывая на витрине сервиз.
Мария слегка засмущалась, потом призналась, что день сегодня «тихий», то есть с самого утра он первый посетитель, вот после обеда она и задремала, пока читала книгу. Незнакомец поинтересовался репертуаром и был приятно удивлен, когда услышал, что юная барышня читает классику.
— В наше время это большая редкость, и как вам книга?
— Я еще не дочитала. Рано делать выводы.
Мужчина выбрал сервиз и оплатил его наличными. Кроме бумажных купюр, он также насыпал ей мелочи, от которой, по его словам, ему хорошо было бы избавиться. Под звон монет Мария вдруг вспомнила свой послеобеденный сон.
Когда молодой человек ушел, Мария произнесла вслух, широко раскрыв глаза:
— Будто колдовство…
Несколько дней спустя...
Закончив с «Божественной комедией» Алигьери Данте, Мария перенеслась в мир грез повести-феерии Александра Грина «Алые паруса», и уже с первых строк:
«Лонгрен, матрос «Ориона», крепкого трехсоттонного брига, на котором он прослужил десять лет и к которому был привязан сильнее, чем иной сын к родной матери, должен был наконец покинуть эту службу…»
ее душа, подобно душе Ассоль, неслась вслед за несбыточной мечтой.