Оторвавшись от Халдира, я взглянула ему за спину и увидела недовольных Орофина и Румиля.
- Конечно, хочу, мои дорогие друзья!
Подойдя к ним, я по очереди их обняла - сначала Румиля, а затем Орофина, и весело засмеялась.
- Брат по тебе скучал, - тихо проговорил Орофин мне на ухо, подмигивая.
- Да, да, у него после твоего ухода испортился характер, - так же тихо вторил брату Румиль.
- А ну помолчите, вы оба, а то пойдете на дополнительное дежурство, - гневно сверкая глазами, проговорил Халдир.
Над флетом разнесся веселый смех.
После приветствия Халдир подошел к хоббитам и заговорил на общем языке:
- Добро пожаловать, меня зовут Халдир, а это мои братья Орофин и Румин. О вашем приходе нас предупредил Элронд. Сколько вас?
- Десять, - ответил Леголас, - я сам, Абигель, четверо хоббитов и трое людей, один из них Арагорн.
- Арагорна хорошо знают в Лориэне, - улыбнувшись, проговорил эльф, - но ты назвал только девятерых.
- Десятый гном, - коротко ответила я, глядя на Халдира.
Он обернулся ко мне и произнес высоким голосом:
- Гном! Это плохо. Он не может пройти в Лориэн.
- Но Халдир! - снова заговорила я. - Он один из членов Братства. Элронд сам его выбрал, - со сталью в голосе проговорила я, смотря на него.
На некоторое время мы снова перешли на эльфийский язык. Леголас, Орофин и Румин с интересом слушали нашу перепалку.
Но минут через пять Халдир сдался, а я победно улыбнулась. Посмотрев на Леголаса, я весело подмигнула ему и пошла к стоящим хоббитам.
Тяжело вздохнув, эльф заговорил уже на общем языке:
- Хорошо, я пропущу его под твою ответственность, Абигель. Скажите остальным, чтобы поднимались на другие деревья. Завтра на рассвете мы уйдем в лес.
Хоббиты, Леголас и я остались с Халдиром и его братьями.
Вскоре все легли спать, но я никак не могла уснуть из-за ворочавшегося под боком Пиппина. Рядом со мной лежал Леголас, он тоже не спал. Не выдержав, я тихо заговорила:
- Пиппин, хватит ворочаться! Бери пример с Фродо - лежит и лежит себе тихо, никому не мешая.
Он, подняв голову, проговорил:
- Если я засну на этой голубятне, как бы потом под деревом не проснуться.
Я едва не засмеялась, но, сдержав улыбку, проговорила:
- Не бойся, не упадешь. Хочешь, я спою тебе, чтобы ты быстрее заснул?
- Да! Еще как хочу! - восторженно проговорил он.
- И я тоже! - вторил ему Мерри, тоже подняв голову.
Тихо засмеявшись, я проговорила:
- Хорошо, тогда ложитесь и слушайте.
Дождавшись, когда хоббиты опустят головы и устроятся поудобнее, я едва слышно запела колыбельную:
Обернусь я белой кошкой
Да залезу в колыбель.
Я к тебе, мой милый крошка,
Буду я твой менестрель.
Буду я сидеть в твоей колыбели
Да петь колыбельные я,
Чтобы колокольчики звенели
Цвели цветы хмельные.
Обернусь я белой птицей,
Да в окошко улечу,
Чтобы в ясно небо взвиться
К солнца яркому лучу.
Будут с неба литься звонкие трели,
Трели все весенние,
Чтобы колокольчики звенели,
Цвели цветы хмельные.
Обернусь я человеком,
Да приду к тебе домой,
Я возьму тебя на ручки,
Мой хороший, мой родной.
Обернусь я белой кошкой,
Да залезу в колыбель,
Я к тебе, мой милый крошка,
Буду твой я менестрель.
Буду я сидеть в твоей колыбели,
Да петь колыбельные я,
Чтобы колокольчики звенели,
Цвели цветы хмельные.***
Когда я закончила петь, то все уже спали. Хоббиты дружно сопели. Повернувшись к Леголасу, я увидела, что он тоже заснул.
"Интересно, как там другие?" - подумалось мне, и я положила голову на свой свернутый походный плащ. "Завтра Рьюши точно будет в бешенстве! Надеюсь, Арагорн с Боромиром за ним присмотрят, чтобы он никаких глупостей не натворил". Наконец, я уснула под тихое пение Нимродель.
Уже поздней ночью я почувствовала, что кто-то обнимает меня и притягивает к теплому телу. Довольно заворчав, я уткнулась носом в мускулистую грудь, проваливаясь в глубокий сон.
Проснулась я в теплых объятиях. Медленно открыв глаза, я обнаружила, что лежу на груди Леголаса. Я потихоньку попыталась отодвинуться, но не получилось - мне помешала его рука, которая крепко обнимала меня за талию. Тяжело вздохнув, я все же кое-как выбралась. Встав, я потянулась, с удовольствие ощущая, что слабости и усталости как не бывало.
Взглянув на реку, я услышала ее радостное приветствие. Тихо, чтобы никого не разбудить, я ловко спустилась с дерева и легким бегом побежала к реке.
Добравшись до нее, я опустилась на колени и окунула в прохладную чистую воду руки, почувствовав, как река весело откликнулась на это прикосновение. Улыбнувшись, я зачерпнула в ладонь воду и умыла лицо. Вода обдала кожу свежей прохладой, и остатков сна как не бывало.