Кто-то их послал. Кто-то, кто знал академию изнутри. Или знал кого-то, кто знал.
Гронер считает, что среди нас предатель. И подозревает меня, но я знаю, что в этом моей вины нет.
Но, думаю, он прав, и нападавших кто-то передал все необходимые сведения. Как я поняла, защита академии обновлялась довольно часто, как и сигнальные заклинания, а значит, этот «кто-то» или находится в академии прямо сейчас, или...
... или покинул ее совсем недавно.
А еще была метка долга Эшворта, которая нестерпимо жгла, означая, что мне грозит опасность. С чем это было связано?..
Ближе к вечеру мы закончили с основной частью завалов. Уцелевшие свитки были рассортированы и уложены в новые ящики, обгоревшие остатки стеллажей вынесены. Хранилище выглядело мрачно: голые стены, следы копоти на потолке, пустые места, где ещё вчера стояли стеллажи. Запах гари никуда не делся, казалось, он пропитал не только помещение, но и нас самих.
После того как нас отпустили, я вернулась в спальню, чтобы привести себя в порядок и смыть черные разводы с рук. По академии уже поползли слухи, что вскоре явится имперские дознаватели, который вызвал ректор.
Интересно, узнал ли Эшворт что-то важное от нападавших, которых допрашивал весь день? Я жалела, что не могла присутствовать и услышать все из первых уст.
Я едва успела переодеться в чистую, не пропахшую гарью одежду, как пришла записка от ректора с приказом спуститься в холл. Там я присоединилась к ректору, Гроверу, еще нескольким преподавателям и адъютантам, которые все вместе покинули стены академии и вышли во внутренний двор.
Закатное солнце к тому моменту окрасило коридоры в густой рыжий цвет. Его косые золотистые лучи ложились на примятую траву и мелкие камушки, которые хрустели под нашими шагами. Мы прошли просторную площадку, на которой всего несколько дней назад Эшворт огласил приказ об исключении Освальда, и подошли к тяжелым воротам.
Ждали мы недолго, и вскоре на той стороне вспыхнул портал. И первым из него вышла женщина, и это удивило меня: я ожидала увидеть военных, а передо мной стояла невысокая, сухощавая дама средних лет в сером дорожном платье, без единого украшения. Ее тусклые волосы были убраны в тугой узел, а лицо казалось бледным и неприметным. Из тех лиц, которые забываешь через минуту после встречи.
Если подумать, идеальное лицо для дознавателя.
Но глаза у неё были цепкие. Она окинула ими двор академии, Эшворта, Гронера, меня, преподавателей у входа — всё за одно движение, как хищная птица, которая высматривает добычу с высоты.
За ней появились двое мужчин, тоже в повседневной одежде. Один помоложе и светловолосый, второй — постарше, плотный и угрюмый.
— Ректор Эшворт, — женщина протянула руку, и Конрад коротко ее пожал. — Старший дознаватель Мартенс. Со мной дознаватели Кирхнер и Фосс. Мы прибыли по вашему вызову.
— Благодарю за скорость, — ответил Эшворт ровным голосом.
— Не могу сказать того же о вас, — тотчас уколола его женщина. — Нападение на академию — событие, которое не случалось двадцать лет. Мы же были вызваны лишь спустя несколько часов, и я хотела бы получить объяснения.
Я слегка опустила голову, чтобы никто не заметил вспыхнувшую на губах усмешку.
Несколько часов?.. Прошло даже больше половины суток.
Тем временем Мартенс окинула взглядом преподавателей и вновь повернулась к ректору.
— Нам понадобятся помещения для работы, доступ ко всем затронутым объектам и полный список лиц, находившихся в академии на момент нападения, — заявила она не терпящим возражений тоном.
— Всё будет предоставлено, — спокойно кивнул Эшворт.
— А также задержанные, — добавила Мартенс, и её голос стал чуть жёстче. — Которых, как я понимаю, вы уже допросили. В нарушение протокола для подобных случаев. Об этом непременно будет доложено.
Краем глаза я заметила, как Гронер недовольно дёрнул щекой.
— Предварительный опрос, — легко пожал плечами Эшворт, и вот на его лице не дрогнул ни один мускул. — Для обеспечения безопасности академии.
Мартенс посмотрела на него долгим, оценивающим взглядом, и я поняла, что эта женщина прекрасно все понимала, но решила не заострять на этом внимание.
Пока.
— Хорошо, — сказала она. — Начнём с мест происшествия. Проведите нас.
Эшворт повёл их вниз, к подвальным хранилищам. Гронер шёл рядом с Мартенс и давал пояснения, которых она не просила. Я замыкала процессию и молчала.
В хранилище Мартенс остановилась на пороге и нахмурилась.
— Здесь убирались, — это не был вопрос.
— Разумеется.