Роджер усмехнулся и прибавил скорость.
— Я тоже надеюсь.
Пока позволяла дорога, они ехали на машине, потом вышли и пошли дальше пешком. В конце концов Роджер привел Джулию на уже знакомое ей место. Она легла на мягкий мох, а Роджер сел рядом.
Склонившись над ней, он нежно коснулся ее губ своими и одновременно начал расстегивать на Джулии рубашку. Расстегнув ее, он стал ласкать губами нежные округлости грудей через тонкое кружево бюстгальтера.
— Роджер?
— Что?
— Ты говорил…
Роджер захватил губами напрягшийся сосок, и Джулии стало трудно говорить. Она прошептала прерывающимся голосом:
— Ты говорил, что это будет еще не скоро… — Закончить фразу она не смогла, шепот перешел во вздох.
— Ты просишь меня остановиться? — хрипло прошептал Роджер.
Он видел, как под его ласками ее соски начинают проступать через ткань еще отчетливее, и это его возбуждало.
— Нет, не останавливайся!
Джулия обхватила его голову руками, притягивая к себе еще ближе. Роджер с торжествующим смешком снова припал к ее губам. На этот раз поцелуй был глубоким, чувственным, а его руки… руки вытворяли с телом Джулии нечто невообразимое. Не отрывая своих губ от губ Роджера, Джулия села и нетерпеливо сорвала с себя рубашку и бюстгальтер. Ее грудей, выпущенных на свободу, коснулся прохладный воздух. Роджер чуть отстранился и окинул ее жадным взглядом — он впервые видел ее обнаженной до пояса. Джулия с чисто женским удовлетворением отметила, что у него участилось дыхание. Роджер протянул к ней руки, но Джулия отвела их. Сегодня она не собиралась быть покорной, она еще не расквиталась с Роджером за муки, которые он ей причинил в кабине пикапа. Поставив Роджера на колени, она стала его раздевать. Роджер не возражал, напротив, он убрал ее руки и, обрывая пуговицы с рубашки, стянул ее с себя в мгновение ока. Теперь оба были по пояс обнажены и оба дышали, как после длительной пробежки. В глазах Роджера горела страсть. Перехватив его взгляд, Джулия с гордостью ощутила свою женскую власть над этим сильным мужчиной.
— Иди ко мне, — тихо приказал Роджер.
Джулия встала, но не двинулась с места. Нарочито медленно, дразня Роджера, она взялась за язычок «молнии» на джинсах. Чувствуя на себе обжигающий взгляд Роджера, она медленно расстегнула «молнию», позволила джинсам соскользнуть по ногам и переступила через них. Она собиралась поступить так же с трусиками, но Роджер остановил ее.
— Не спеши.
Он склонил голову к соединению ее бедер, и она ощутила тепло его дыхания сквозь тонкое кружево. У Джулии ослабели ноги, она взмолилась:
— Роджер, сейчас!..
— Еще не время.
Продолжая ласкать ее губами и языком через трусики, рукой он стал гладить внутреннюю сторону ее бедра. Затем его рука скользнула выше и продолжила то, что начал язык. Джулия застонала от непередаваемой остроты ощущений. Ее дыхание стало неровным и частым. Роджер явно наслаждался ее состоянием.
— Роджер, пожалуйста…
Наконец он внял ее хриплой мольбе. Быстро расстегнув джинсы, он сорвал их с себя и опустился на подстилку из мха, увлекая за собой Джулию. Она не могла оторваться от него даже на секунду и, стягивая с себя трусики, ухитрилась управиться одной рукой, а второй в это время гладила его лицо.
Роджер овладел ею медленно, помня о ее невинности. Когда их тела слились воедино и стали одним целым, Джулии казалось, что ее ощущения достигли пика, что большее наслаждение просто невозможно, но Роджер начал двигаться, и ее ощущения обострились еще сильнее. Вскоре она начала отвечать на его движения, и они задвигались в едином ритме страсти, древнем, как сама природа.
Джулия потеряла счет времени. Только когда Роджер разомкнул объятия и, посмотрев на небо, сказал, что пора возвращаться, она поняла, что солнце село. Джулия еще раз прижалась к нему, потерлась щекой о его теплую грудь с шершавыми волосками и вздохнула.
— Спасибо.
Вместо ответа Роджер снова привлек ее к себе и запечатлел на ее губах нежный поцелуй.
— Надеюсь, теперь ты мне полностью доверяешь?
Он помог Джулии одеться и застегнул на ней рубашку, при этом его пальцы как бы невзначай несколько раз прошлись по ее груди. В Джулии снова стало разгораться желание.
— Я всегда тебе доверяла, — прошептала она севшим голосом.
Роджер отстранил ее на расстояние вытянутой руки и всмотрелся в ее лицо.
— Тогда почему ты так долго не позволяла мне заняться с тобой любовью? Почему боялась, что я могу причинить тебе боль?
— Когда-нибудь я тебе расскажу.
Даже в сумерках было видно, что на ее лицо словно набежала тень. Роджер захотел, чтобы Джулия поделилась своей болью с ним.