Седой гладил Дашу по волосам, целуя виски и лоб, чувствуя, как она затихает в его объятиях, прижимаясь сильнее. Съежилась у него на груди, обняв за торс. Если вначале обнимала слабо, то сейчас скомкала свитер.
– Ни одна дрянь не стоит твоих слез, Снегурка. Запомни это. Я уничтожу любого, кто причинит тебе боль. Поэтому не плачь… Ты под моей защитой. Ты со мной. Давай забирай вещи, которые дороги тебе, и с которыми ты не желаешь расставаться, и мы уходим.
Даша оторвалась от его груди и заглянула ему в лицо. В самых красивых для него зеленых глазках застыли последние непролитые слезы.
– Спасибо тебе… За всё.
– Мы в самом начале пути, Дашуль.
Глава 15
– Мы вылетаем завтра.
– В Цюрих?
– Нет. Полетим в Женеву.
– Но ты говорил…
Даша оборвала себя на полуслове и задумчиво поднесла руку ко рту.
– Планы немного изменились.
– Почему мне кажется, что ты лукавишь?
– С чего бы?
– Не знаю. Наверное, привык не доверять. Или… Не знаю, одним словом.
То, что происходило последние сутки, снова не укладывалось в голове Даши. Правда, она уже и не пыталась что-либо разложить по полочкам. Принимала всё, как есть.
Не сказать, что ей нравилось. Между тем, если бы её спросили, хочет ли она здесь и сейчас расстаться с Гришей, она ответила бы категорическим отказом.
Она так чувствовала. Если откинуть прочь логику и здравомыслие, которые не раз её спасали от серьезных ошибок в прошлом, то всё было пусть и не идеально, но очень близко к этому понятию. Григорий заботился о ней. Оберегал. Опекал. Выполнял любой её каприз.
Не трогал.
В голове и ощущениях всё смешалось.
Даша собрала все свои вещи. Если она и расстанется в ближайшее время с Зиминым, она не вернется под одну крышу к Татьяне. Здесь большая жирная точка. Кстати, Татьяна куда-то скрылась и, пока она собиралась, ни разу даже не выглянула. Разговор с Григорием возымел действие. Какое – Дашу не интересовало. Ей даже оказалось неинтересно, что он сказал мачехе.
Она почти не удивилась, когда он ей выдал загранпаспорт. Не стала спрашивать, откуда взялось её фото, кстати, очень хорошего качества. Про сроки изготовления тоже промолчала. А смысл? Григорий Зимин чуть больше, чем другие. К тому же, не стоит забывать, в какой стране они живут.
Снова был самолет и перелет.
Летать ей по-прежнему не нравилось. И частые перелеты начали утомлять.
Она не принимала приглашения посетить Цюрих. Гриша сообщил, что они вылетают утром.
И да, в Женеву.
Они ужинали на веранде квартиры. Пока прогуливались по городу, недолго, от силы с час, им успели снова организовать настоящий романтический ужин. Сменили интерьер, занесли большие красивые напольные кадушки с цветами, хромированный столик с белоснежной скатертью и двумя удобными креслами.
– Мне надо переодеться? – немного растеряно поинтересовалась Даша, увидев изменения и вспомнив, что она одета в простые брюки и теплый пуловер.
– Ни в коем случае.
– Мужчина, вы кто? – улыбнулась Даша, когда Гриша отодвигал кресло, помогая ей присаживаться. – Вы точно тот полуголый амбал, что меня до смерти напугал при первой встречи?
– На амбала я не тяну, Снегурка. И да, я всё тот же.
Он поцеловал открытый участок кожи плеча, немного резковато поправил съехавший край пуловера и прошёл на своё место.
Даша не зря поинтересовалась, что происходит с Григорием. Напрямую спросить не могла. Как-то не осмеливалась.
Причины для вопроса были. Если в доме в лесу её напрягало, что мужчина постоянно хотел затащить её в постель, при любом удобном случае прикасался к ней, трогал, делал недвусмысленные предложения, то сейчас – нет.
Касался осторожно и редко. Целомудренно. И смех, и грех, Даша никогда в жизни не подумала бы, что в какой-то момент её может насторожить предусмотрительность мужчины в отношении неё. Куда подевались страстно-обжигающие поцелуи? Почему к ней не пытались больше залезть в трусики?
Вопросы вызывали стыд в душе. Напротив, она должна была радоваться, что Зимин «поутих» со своими приставаниями. У неё же с точностью наоборот. Она находилась рядом с ним. В его квартире. Она согласилась поехать с ним. Принимала его подарки, знаки внимания. Что конкретно между ними происходило, вслух они не обговаривали. Да и надо ли?
Для Григория, видимо, всё ясно.
А для неё?
Вот тут всё сложно.
Первое. Она хотела разобраться. И хотела хотя бы немного знать, к чему готовиться в будущем. Второе и на сегодняшний день самое актуальное – почему Гриша к ней не прикасается?! Она постоянно об этом думала.