Сергей с тяжелым сердцем вернулся в Дивеево, зашел в собор и заказал Константину сорокоуст и неусыпаемую псалтирь.
Пришло время ехать в Арзамас к поезду.
Прицепной вагон, в который они сели, оказался старым, хорошо забытым «мягким вагоном». По выправке и колючим глазам проводников Сергей сделал вывод, что это «чекисты», а вагон этот возил физиков-ядерщиков, может даже академика Сахарова. Отец Максим пожал плечами, перекрестил стены на четыре стороны и с четками в руке залег на мягкий диван.
Сергей взял блокнот и написал:
Рассказ паломника
Там, на высокой горе, где так близко небо,
Там, под высоким небом, где так много моря
Я видел красоты тех мест, где ни разу не был,
Я жил среди тех людей, кто забыл про горе.
Мои ботинки висели над пропастью бездны,
Мысли мои летали на крыльях детства,
Ветры мне пели зовущие сладкие песни,
Я оказался в центре сакрального действа.
Видел я свет, летящий из сердца Жизни,
Он пронизывал каждый атом вселенной,
Он окутывал полночь в белые ризы,
Он шуршал приливами звездной пены.
Видел я красоты сиянье под слоем уродства
И совершенства печать на каждом лике,
И пьянел от свободы любви господства,
И замирал от счастья в беззвучном крике.
Оттуда, с высокой горы, где всюду небо,
На равнину, где никто не видит моря,
Я принес красоту тех мест, где никто не был,
И надежду тем людям, кто познал горе.
Рано утром в метро «Комсомольская», попеременно зевая с недосыпа, они прощались. И только в последний момент отец Максим сказал:
- Я ведь чего в Дивеево-то ездил?
- Чего? - Едва сумел произнести Сергей.
- У меня через три часа поезд в Париж. Еду от наследства отказываться. Отец умер и в завещании мне долю оставил. Больше двух миллионов евро. В Дивееве укрепился и взял благословение Царицы Небесной и батюшки Серафима. Так что помолись, Сережа, чтобы у меня все получилось.
- Помолюсь, - кивнул тот. - Ангела вам в путь-дорожку.
- Да я тебе позвоню оттуда.
На Великий Понедельник в телефонной трубке раздался веселый баритон отца Максима:
- У меня все хорошо! Отказом своих кузин очень обрадовал. Они меня теперь в благодарность по Европе катают. На душе после снятия денежного ярма такая легкость! Как раньше, когда только постриг принял. Теперь меня игумен точно прогонит. Он так надеялся на эти деньги!
- Так, может, и не надо отказываться, раз монастырю деньги на возрождение нужны?
- И ты туда же… Монастырю не деньги, а молитва нужна. А монаху судиться из-за денег - это смерть. А без судов и адвокатов никак нельзя: претендентов на наследство куча-мала. Да, всё уж! «Нищ и убог аз есмь». - Посопел, покашлял, вздохнул и вдруг воскликнул: - Слушай, Сереж, тут в Париже что-то страшное творится: в кинотеатрах показывают фильм Мэла Гибсона «Страсти Христовы». Очереди километровые! Конная полиция! Машины реанимации! Представляешь? Ты купи фильм, если сможешь, посмотри. Потом расскажешь.
Сергей обошел четыре видео-салона. Там отвечали: еще не завезли, но ждем. В пятом салоне на вопрос, если у них такой фильм, юноша спросил:
- А вам на каком носителе?
- Если есть, давай на Ди-Ви-Ди.
- Есть! Последний. Сегодня две пачки расхватали.
Дома Сергей включил компьютер и поставил фильм. …Конечно, фильм был католическим, основной упор делался на телесные муки Спасителя. Конечно, там имелись места с вольной трактовкой Евангелия. Но, несомненно, это было чудо: чтобы бесшабашный голливудский актер, игравший разудалых полицейских, снял на свои собственные деньги настолько сильный фильм - такое могло случиться только по промыслу Божиему.
Позже в прессе и по телевидению многие люди признаются, что благодаря «Страстям Христовым» крестились и смогли пересмотреть свое отношение к Спасителю.
А дочь художника Василия, которая года три, как перестала посещать храм, после фильма попросила отца сводить ее за ручку в храм и помочь причаститься.
А отца Максима за отказ от наследства игумен выгнал из монастыря, где тот подвизался последние полтора года. Монах почему-то этому обрадовался. На самом деле ? блаженный!..
Великим Вторником неясно прозвучало грозное предупреждение, но на время волна улеглась.
В день памяти предательства Иуды, в Великую Среду, на фирме Сергея произошло несчастье. Поставщики скрылись вместе с полученными десятью миллионами. Валентин работал в Европе, полностью передав бразды правления Сергею. Кредиторы, заплатившие деньги за ожидаемый товар, спрашивали, где он? В офисе царила паника. Денег взять негде и не под что: все активы зависли в оборотных и в долгах. Сергей почувствовал то же, что десять лет назад во время бегов: страх и беззащитность.