Капитан улыбнулся, и в синих глазах мелькнула лукавая искорка.
- Вам очень повезло, граф, - произнёс он с едва уловимым оттенком иронии в голосе. - Само провидение послало нам эту встречу. Окажите мне любезность - извольте навестить моё скромное жилище.
Церемонно поклонившись, Сильвер подал руку графу и помог ему перелезть через бортовые ограждения пришвартованных друг к другу абордажными крючьями судов. Вскоре они оказались на красном галеоне
- Моя каюта. Подождите немного здесь, - юноша загадочно улыбнулся и тотчас же захлопнул дверь перед опешившими представителями рода Рейдингтонов. Граф раздражённо взглянул на сына.
- Что из себя мнит этот пират? Думает, он - особа королевской крови?
- Успокойся, отец, - попытался успокоить его Майкл. - Всё-таки он спас нас
- Ну уж нет. Это верх бесцеремонности! Какой-то оборванец заставляет нас ждать в тёмном коридоре!
- Он знает, что делает, отец...
- Но...
Дверь распахнулась, и капитан вновь появился в коридоре. На губах его играла многозначительная улыбка.
- Рад приветствовать Вас, граф! Вот уж не думал, что мне придётся исполнить роль Провидения!
Рейдингтоны шагнули вперёд, но тотчас же замерли в изумлении.
- Оливер! - вскрикнул граф Вандомский. - Неужели ты!
- Проходите, господа, - рассмеялся Сильвер, метнув быстрый взгляд в сторону смущённой мисс Солсбери. - Вот, что значит судьба. Так значит, граф, мисс Солсбери - невеста Вашего сына?
- Капитан..., - едва успел промолвить Солсбери. Рейдингтон, забыв о светской сдержанности, бросился к нему и крепко обнял. Майкл и Элен стояли, молча глядя друг на друга. В глазах юного Рейдингтона стояли слёзы.
- Я ухожу, господа. Вскоре вам доставят обед.
Пока в капитанской каюте происходила трогательная встреча влюблённых и ничуть не менее трогательная встреча их отцов, на палубе «Арабеллы» развернулась настоящая перепалка. Юнга рассказал Питту и Крисперсу о выходке Сильвера. Питт, видевший всё собственными глазами, и виду не подал, но возмущению шкипера не было предела.
- Значит, ты болтал с этим расфранчённым Солсбери и его безмозглой дочерью? К нам приближались испанцы, и если бы...
- Да он просто распушил свои пёрышки перед графиней. - Крисперс уселся на бочку с порохом и положил ногу на ногу, копируя манеры Питера, - «разбить испанскую эскадру мы ещё успеем, а пока я должен закончить светскую беседу!». Он и в Панаму нас потащил из-за неё! Теперь мы понимаем, кто твои настоящие друзья. Нас же ты никогда не уважал, да и не считал за людей!
- Успокойтесь, ребята! Уж если вспоминать, кто тащил вас в Панаму, то вспомни свои речи, Крис!
- Ты связался с этим испанцем!
- Но он помог нам, пусть сам того не желая!
- А французы! Зачем ты их потащил с собой? Они же хотели поднять бунт!
- Возможно, но Валуа...
- Вот Валуа для него человек, а мы...
Питт, дотоле хранивший молчание, с горечью взглянул на друга.
- Во многом ты был прав, Питер, но ведь для тебя эти франты дороже старых друзей. Ты бросил нас ради того, чтобы наслаждаться общением с этими высокородными господами!
- Не понимаю, о чём ты говоришь, - спокойно возразил ему Сильвер, - я должен был соблюсти обычай гостеприимства. Если бы ты был капитаном судна, разве не сделал бы то же самое?
- Но ты должен уважать нас, - всё ещё горячился Крисперс.
- Послушайте, друзья, - рассмеялся Сильвер. - Мы же почти никого не потеряли в Панаме, захватили добычу, которая не снилась самому Моргану, а теперь ещё и несколько галеонов с грузом. Так что же вам ещё надо?
- Но дело не только в добыче, - мрачно, будто прокурор на процессе, заметил Крисперс. -
Для тебя все эти господа дороже старых друзей. Тех, что прошли с тобой через все испытания.
- Но разве я когда-нибудь предавал вас или обманывал?
- Нет, ты всегда был честен с нами.
- Да ты распушил перья, словно павлин, - вновь возмутился Питт, - будто только и мечтаешь о том, чтобы попасть в Сент-Джеймс и стать придворным фигляром, вроде этого графа и его нового приятеля.