- Интересно, что же случилось с Тичем? - поинтересовался Уоллес у друга, но вопрос был явно риторическим
- Сейчас узнаешь, Питт, - рассмеялся Сильвер и весело крикнул Крисперсу:
- Идём наперерез галеону. Подготовиться к бою!
Захват судна оказался делом весьма несложным - галеон был и без того ослаблен всеми предшествующими схватками, да и численное преимущество эскадры Питера было несомненным. Сюрприз ждал Сильвера, когда он отворил дверь трюма. Из тёмной глубины его на свет божий выбрался ещё более обросший и грязный капитан Тич. Камзол его окончательно пришёл в негодность и теперь представлял собой грязные и испачканные кровью обрывки ткани. Рубаха была рваной и грязной, на левом плече виднелось пятно засохшей крови. Однако, несмотря на ранение, Тич держался молодцом, и даже криво усмехнулся, увидев Сильвера.
- Привет, капитан, - рассмеялся Питер, выводя старого знакомого на палубу, - что случилось?
- Твой галеон оказался уж слишком неповоротливым, - проворчал Тич, - да и людей на испанском фрегате было много. Правда, их фрегат я потопил, но на абордаж взяли меня.
- Прости, Тич, теперь уже не могу тебе ничем помочь, - покачал головой Сильвер, - всё, что сейчас находится на галеоне, да и он сам, принадлежит моей команде. Таковы законы «берегового братства». Ну что, теперь ты веришь в Божественное провидение?
Тич, потупившись, молчал. Высадившись на Тортуге, он долго сидел в таверне «У французского короля», молча глядя на дно опустевшего стакана из-под рома. Никто не знал, о чём он думал в тот день. Однако, справедливости ради, даже после этой истории он остался прежним безбожником Тичем.
Питер же переименовал вновь приобретённый галеон в «Провидение».
- Ну что, Уоллес, теперь ты веришь в божественное Провидение? - улыбнулся он, глядя, как матросы наносят на корпус судна новое название
- Кажется да, Питер. Может, я ещё смогу стать счастливым?
- Скоро ты окончательно убедишься в том, что Бог воскрешает, Питт, - в тёмно-синих глазах Питера вновь заискрилась тайна, отсветы которой когда-то уже видел Уоллес, - Ты увидишь Арабеллу, Питт. Очень скоро ты её увидишь.