«Скоро придётся просить милостыню вроде одноногого старика Джейкоба», - мрачно нахмурившись, подумал он, - «годы летят быстро, и через год-другой я уже не смогу выходить в море».
Неожиданно взор его упал на невысокого юношу лет семнадцати в чёрном камзоле и с белоснежным плюмажем на шляпе.
«Вот это франт!», - подумал Хэндс, - «наверное, к девчонке спешит или с поручением от капитана»,
Не сводя глаз с незнакомца, Хэндс передвинул вперёд одну из центральных белых пешек. Юноша шёл, погрузившись в свои мысли и не замечая ничего вокруг.
«Странный тип», - продолжил рассуждения бывший шкипер, - «помнится мне, в его годах был, меня капитан Надсон за покупками посылал. Не такой был совсем - будто на волю из-под замка вырывался. Засматривался на девиц, приценивался к любой мало-мальски стоящей вещи на базаре... А у самого в кармане лишь пара медных грошей была»
За годы, проведённые на Тортуге, Хэндс видел много таких же молодых повес, и каждый, обретая свободу на берегу, спешил насладиться жизнью, кипевшей и бурлившей вокруг него, подобно океану. «Интересно, с какого корабля этот франт?» - подумал Хэндс.
Незнакомец вдруг остановился, будто ища кого-то.
- Эй, юноша! Ты кого-то ищешь? Кто твой капитан? - обратился к нему Хэндс, надеясь, наконец-то, обрести собеседника.
- В каком смысле?
- Ты, наверное, юнга?
- Да, в общем, что-то вроде того, - улыбнулся юноша. Внимательно оглядев бывшего шкипера с головы до ног, он уставился на шахматную доску, будто пытаясь найти решение давно мучавшей Хэндса проблемы.
- Ты с какого корабля? - спросил его старик
- Я с галеона, что на пристани, - кивнул он в сторону гавани, где среди шлюпов и барок высился огромный красный красавец с белоснежными парусами.
- Мой капитан - Питер Сильвер. А Вы кто?
- Сейчас никто, пожалуй, - с горечью усмехнулся старый пират. - Но когда- то я был шкипером на «Удаче». Меня зовут Натаниэл Хэндс,
Старик кивком указал незнакомцу на лежащий рядом обрубок красного мангра
- Присаживайся ко мне, поговорим. О чём ты задумался?
- Да так, о жизни, да и о своей судьбе тоже. Мне надо принять одно важное решение, но никак не придумаю, каким оно должно быть.
- Хочешь, сыграем в шахматы, поговорим.
Морщинистое лицо Хэндса озарила улыбка, а в умных карих глазах мелькнули задорные искорки. Незнакомец явно начинал ему нравиться.
- Надеюсь, ты не спешишь с поручением от своего капитана?
- Нет. Я свободен и могу задержаться настолько, насколько захочу.
- Умеешь играть в шахматы? - спросил шкипер, желая поддержать разговор. Его заинтриговали необычные манеры собеседника, который вёл себя спокойно и с достоинством, что никак не напоминало поведение мальчика на побегушках.
- Это хорошая игра. Она мне нравится, - бесстрастно заметил юноша, вновь устремляя взгляд на доску с фигурами. Чёрный ферзь занимал удобную позицию, угрожая белому королю. Но и сам он находился под угрозой обстрела. Прямо напротив него, на противоположной стороне доски, пристроилась похожая на шлюп белая ладья.
- Это игра мудрецов. Знаешь, почему? - Хэндс пристально взглянул на собеседника. Тот молчал, сосредоточившись на чёрной точёной фигуре ферзя.
- Шахматы - отражение нашей жизни, - не дожидаясь ответа, добавил старик, - мы все - как пешки на чёрно-белой доске.
- Почему? - незнакомец наконец-то оторвал взгляд от ферзя и взял его за талию своими тонкими пальцами. Ферзь на мгновение повис в воздухе, затем уверенно переместился на белое поле, прямо напротив короля. Белая ладья не могла причинить ему вреда - она служила единственной защитой несчастному владыке с большой чёрной диагонали, откуда вёл обстрел слон-канонир.
- Взгляни сюда, - старик, забыв об угрожающей его монарху опасности, указал рукой на расставленные на доске фигуры. - Видишь короля? Он может сдвинуться всего на один шаг. Король бессилен - им правит его окружение - министры, фавориты или фаворитки. Но если ему поставлен мат - партия проиграна. Поэтому мы всегда защищаем короля как символ, независимо от того, любим его или ненавидим. В жизни всё точно так же - вспомни несчастного Карлоса или нашу добрую старушку Анну. Теперь взгляни на ферзя...
Хэндс кивком указал на угрожающую его королю чёрную фигуру, которая по мановению руки юноши в считанные секунды переместилась с одного конца доски на другой,