Сомнений относительно первого рейда не было ни у кого. Каждый считал своим долгом выбить испанцев с родного острова. Блад находился в Англии. Дела у него, по слухам, шли неважно, поэтому на помощь ямайской эскадры надежды не было. Для рискованной операции необходимо было подкрепление. Однако пока Сильвер неохотно брал в свою команду добровольцев и делал ставку на бывших пленников. Отобрав сорок человек, показавшихся ему наиболее надёжными, капитан собирался действовать силами своей маленькой эскадры и тщательно прорабатывал детали операции.
Последующие события, однако, изменили первоначальные планы. Рано утром, за несколько часов до выхода кораблей из гавани, в капитанской каюте появился вахтенный.
- Карета губернатора на пирсе!
- Что ему надо? - задумчиво пробормотал Вольверстон. - Обычно посыльного отправляет, а здесь...
- Да, - заметил Хэндс. - Не видел ничего подобного. Чтобы сам губернатор...
Сильвер решительно поднялся из-за стола.
- Что-то здесь не так. Передайте, чтобы в мою каюту подали кофе, ром и печенье. Пойду встречать гостя...
- Будь с ним осторожен, Питер, - с тревогой заметил Вольверстон. - Он тёртый калач. Себе на уме... А вдруг понравились кому твои корабли... Помню, у Блада была похожая история...
- Ничего, справлюсь...
Сильвер и Вольверстон вышли на палубу. По пирсу прогуливался щёгольски одетый де Монтенон. Заметив капитана, он приветливо махнул ему рукой. Спустившись на пристань, капитан любезно поклонился французу. Когда оба поднялись на палубу, губернатор окинул её взглядом знатока.
- Замечательно, месье Сильвер! Помните, я говорил Вам, что Вы можете стать лучшим капитаном Тортуги? Да и название корабля выбрали запоминающееся... В честь кого, кстати? Дамы Вашего сердца, или же слава Блада не даёт Вам покоя? Помню-помню, ведь это я Вам когда-то рассказывал...
- Я всегда отдавал должное талантам Блада, но видел его лишь однажды, когда мне было лет десять от роду. А корабль мой назван в честь дочери губернатора Нассау. Она была захвачена вместе с нами, и убила себя, не желая быть опозоренной.
Вольверстон заметил, что губернатор тотчас же опустил глаза. Слова Питера возымели на него странное действие. Холёное напудренное лицо будто затуманили тяжёлые думы.
- Печальная история, - промолвил он после недолгой паузы
- Да, - грустно улыбнулся Сильвер. - Надеюсь, что сей факт не повлияет на наши отношения с фортуной.
Губернатор всё ещё казался погружённым в какие-то мрачные мысли. Бросив беглый взгляд на стоявшего перед ним капитана, он вдруг заторопился.
- Пройдёмте в Ваши апартаменты, мой друг. Нам надо побеседовать.
- Буду рад, - кивнул Сильвер. - Поговорим, выпьем по чашечке кофе с ромом...
Вольверстон последовал за ними, опасаясь подвоха со стороны старого лиса. Спустившись вниз, они вскоре оказались в просторной капитанской каюте. После ремонта она мало чем напоминала то помещение, что стало свидетелем недавних трагических событий. Заменив ковры, Питер лично подобрал в тон им обивку для стен. Шкуры леопарда, небрежно брошенные посередине каюты, придавали жилищу лёгкий оттенок мавританской роскоши. В центре, где когда-то стояла широкая кровать, расположились четыре мягких кресла, диван и столик. Шкаф с книгами и коллекция боевого оружия довершали убранство парадной части каюты. В дальнем углу, за плотной бежевой занавеской, Сильвер разместил свои личные апартаменты, состоявшие из двух ярусов. Верхний служил постелью, а внизу помещались небольшой рабочий стол и приборы для умывания. Полностью задрапированное помещение было скрыто от посторонних глаз, и входящие даже не подозревали о нём.
Гостей встретил нарядный и подтянутый Майкл Стилл. Бывший трактирщик совмещал обязанности вахтенного офицера и кока, надеясь вскоре передать последние своему семнадцатилетнему помощнику.
- Не желаете ли ещё чего-нибудь?
- Нет, спасибо. Нам надо поговорить наедине.
Губернатор заметно волновался. Устроившись в мягком кресле, он вперил неподвижный взгляд в покрывавший стол зелёный бархат. Унизанные кольцами пальцы слегка дрожали. Капитан приветливо улыбнулся, но на сердце у него было неспокойно. Надо было начинать разговор, а тема его, судя по всему, обещала быть не из приятных.
- Я весьма признателен Вам за визит, месье де Монтенон, - осторожно произнёс он, - но думаю, что Вас привела на моё судно не только вежливость. Надеюсь, Вы не против, если Нэд будет присутствовать при нашем разговоре?