Меня охватывают сомнения: это место не кажется мне безопасным.
Ричард бросает на меня взгляд.
– Я приготовил для тебя комнату, ты не будешь жить вместе с простым людом, – ободряюще говорит он. – Здесь дают приют всевозможному люду: преступникам, фальшивомонетчикам, мошенникам и ворам. Но ты здесь будешь в безопасности. Здесь гордятся репутацией надежного укрытия и никогда не выдадут властям того, кто попросил убежища у церкви. Даже если тебя тут разыщет Джордж и потребует твоей выдачи, ему никто не позволит забрать тебя отсюда. У этого места прекрасная репутация и опыт сопротивления властям. – Он улыбается: – Они даже смогут отказать моему брату, королю, если до этого дойдет дело.
Он прячет мою холодную ладонь себе под руку и ведет меня через двери. Над нашими головами раздается звон вечернего колокола, и один из монахов, вышедших вперед, узнает Ричарда. Не произнеся ни слова, он ведет нас к гостевому дому аббатства.
Я крепче сцепляю пальцы вокруг руки Ричарда.
– Тебе здесь ничего не грозит, – повторяет он.
Монах подходит к двери и пропускает нас вперед, и Ричард ведет меня в маленькую комнату, похожую на келью. За этой комнатой есть еще одна, еще меньшего размера, похожая на альков, с узкой кроватью, над изголовьем которой висело распятье. Со стульчика возле камина навстречу мне поднимается девушка-служанка и отвешивает мне короткий поклон.
– Я Меган, – говорит она мне, и я почти не различаю ее слов из-за сильного северного акцента. – Милорд попросил меня позаботиться о том, чтобы вам здесь было удобно.
– Меган останется здесь с тобой и, случись что, немедленно пошлет за мной или придет ко мне сама, – говорит Ричард. Его руки уже развязывали тесемки плаща под моим подбородком. Снимая плащ, его пальцы с нежной лаской коснулись моей шеи. – Здесь ты будешь в безопасности, и я приду к тебе уже завтра.
– Когда все вернутся домой в Эрбер, мое отсутствие обнаружат, – предупреждаю я его.
Он улыбается с явным удовольствием.
– Да они там все с ума сойдут, – говорит он. – Но сделать уже ничего не смогут: птичка вылетела и теперь совьет себе новое гнездо.
Он наклоняется и нежно целует меня в губы. От одного этого прикосновения кружится моя голова, и мне хочется, чтобы он не останавливался и целовал меня так же, когда я подбежала к нему при встрече, когда он пришел ко мне под чужой личиной, как рыцарь к даме в заточении из старинных легенд. Осознав, что наконец получила свое долгожданное спасение, я сделала глубокий вдох и шагнула к нему еще ближе. Он обнимает меня и недолго держит в своих объятиях.
– Завтра я приду в середине дня, – говорит он и выходит из комнаты, оставляя меня наедине с первой ночью моей свободы. Я выглядываю из маленького сводчатого окошка на оживленную улицу, на которую падает тень от собора Святого Павла. Я свободна, но отделена от пространства церкви и по-прежнему не могу ни с кем говорить. Меган – моя служанка, но она здесь еще и для того, чтобы меня охранять. Я свободна, но заточена в святилище, как моя мать. Если Ричард завтра не придет, то я стану простой заключенной, равно как и моя мать в аббатстве Бьюлли и моя свекровь, королева Маргарита, в Тауэре.
Он приходит, как обещал, но его юное лицо сосредоточенно и хмуро. Он целует мне руки, но не заключает в объятия, хоть я и стою рядом с ним и отчаянно жду его прикосновения. Я ощущаю боль сродни голоду. Я не знала, что так просыпается желание.
– Что случилось? – Я слышу, как жалобно звучит мой голос.
Он быстро ободряюще улыбается мне и садится за столик возле окна, приглашая меня жестом занять стул напротив него.
– Неприятности, – коротко объявляет он. – Джордж обнаружил, что ты бежала, и уже успел поговорить о тебе с Эдуардом. Он требует твоего возвращения. В качестве уступки он обещает позволить мне на тебе жениться, но он не отдаст твою часть наследства.
Я не удерживаюсь от тихого вскрика.
– Он уже знает, что я бежала? А что говорит Изабелла? А как же король?
– Эдуард будет к нам справедлив. Но он должен сохранять дружеские отношения с Джорджем и держать его к себе поближе. Джордж собрал в своих руках слишком много власти и влияния, чтобы Эдуард мог позволить себе делать его врагом. Он становится все сильнее и сильнее. Может быть, он даже замышляет с твоими родными, Невиллами, еще раз попытаться захватить трон. Уж больно много друзей посещает его в Эрбере. Эдуард ему не доверяет, но вынужден осыпать его милостями, чтобы удержать его при дворе.