- Ты расстроилась? – спросила я. – Тебе неприятно?
- Нет, - ответила Мадлен, - я же знаю, что никому не нужна. Ну, кроме тебя, а еще Эрве. Если на мне кто и женится, то только ради денег. Лучше так. Он-то все знает, и деньги ему не нужны. Значит, нужна я сама. И он точно не будет запрещать что-то делать, смотреть на звезды, читать.
- Но он тебе нравится? Как мужчина?
- Нравится. И мне было приятно, правда.
Что было приятно, это я могу подтвердить, тело-то общее. А вот остальное… И что там задумал наш король? Не зря Ричард про него вспомнил. По идее, опеку или надзор над Мадлен могли передать другому. Были желающие. А это очень опасно для Эрве. И сама Мадлен может в беду попасть. А отбирать любовницу – это уже немного другое. Так что это была еще и демонстрация для брата. Эдвард оставался весьма темной лошадкой. Я помнила про его злопамятность и мстительность. И про его ненависть к Марго. Большой вопрос еще - знал ли он о беременности Энн… Сплошные неизвестные.
Окончательно мы проснулись на рассвете. Одеяло сползло с Ричарда, открывая мускулистое тело. Да, есть на что посмотреть. И шрамов хватает. Это вам не рафинированный принц далекого будущего. У него и мозоли на руках от постоянных тренировок с оружием. Хотя сами кисти изящные с тонкими красивыми пальцами. Что не мешало им быть очень сильными.
Он резко распахнул глаза и широко улыбнулся. Как кот, объевшийся сливок. Мадлен моментально покраснела и зарылась в подушки. Послышался тихий смешок.
Шершавая ладонь скользнула по спине и плечам, к ямке между лопатками прижались горячие губы.
- Бабочка…
В двери стукнули.
- Милорд, вы просили разбудить…
- Да, Майкл, спасибо. Его Величество сегодня уезжает в Йорк. Нужно многое подготовить.
Судя по звукам, камердинер собирал разбросанную одежду. О, с одной стороны, хорошо, что Эдди сваливает, без него как-то спокойнее. Но это значит, что и Ричард уедет вместе с братом, он обязан его сопровождать, это его территория. Значит, пока что-то узнать и выяснить не получится.
- Я уезжаю на несколько дней, - сказал он уже другим тоном, - не скучай. Завтра или послезавтра привезут Джона и Кэти. Это мои дети. Ты ведь обещала о них позаботиться.
- Конечно, - ответила Мадлен, - а…
- Их мать умерла, - тихо сказал он.
Камердинер унес одежду, появился цирюльник с тазиком горячей воды. Было довольно занятно наблюдать весь этот церемониал.
- Тебе что-нибудь привезти из Йорка? – спросил он.
- Не знаю, - ответила Мадлен, - а лодку заберут?
- Ее тоже стоит показать в Йорке. И Нэду она понравилась. Интересная вещь, я тоже такую хочу. И тележку.
- Я сперва хотела сделать для Эрве, - тихо сказала Мадлен, - чтобы его катать, а он мог педали крутить. А дети… им сколько? Надо будет и для них сделать, это же весело.
- Джону – четыре, Кэти – два года. Сделай.
Он подошел к кровати, крепко поцеловал Мадлен в губы, кивнул и ушел. Вот это да!
С детьми, конечно, логично. Обещала – заботься. И все-таки интересно, что там с Энн и ее наследством. Вообще, не исключено, что вовлечение в разборки вдовствующей герцогини помогло и эту проблему разрешить без воплей, взаимных обвинений и прочих спецэффектов. Пусть и не половину состояния матери, но приличную его часть Энн вполне могла получить. И жить дальше под покровительством герцогини. Оставался открытым вопрос с графиней Уорик. На нее, как на вдову того, кто расправился с их отцом и братом, могли иметь зуб Вудвиллы. Но тут тоже могла помочь герцогиня, графиня же потом имела возможность перебраться к любой из дочерей.
Король и Ричард уехали сразу после завтрака, а в нашу комнату натаскали кучу всего. И если ткани были понятны и ожидаемы, то другие покупки Глостера заставляли задуматься.
Португальская морская астролябия – самая примитивная из всех существующих, но такой у нас с Мадлен точно не было. Хм… Не разобрался, но купил то, что могло заинтересовать? Очень показательно.
А в отдельном сундучке оказалось три пары башмачков из марокканского сафьяна. Это был очень дорогой подарок. И где только мерку взял? Ага… А вот и наши, только шелковые, которые Мадлен почти не надевала в Миддлхэме.
- Ах! – восхитилась Мадлен. – Какая прелесть!
Да, это не обычная плата за секс, это знак внимания и очень жирный намек на заинтересованность. И это значит, что Ричард все распланировал заранее. Он уезжал в Лондон, твердо зная, что будет потом. Все решил и продумал.
Мадлен бережно провела кончиком пальца по узорчатой коже.
- Он понимает в красивых вещах, - сказала она мне, - это хорошо.
Кто бы спорил. Вообще, это тоже показатель. Даже если счел блажью, готов принять и поддержать. Хорошо.