- Верю! Только тебе и верю! Больше никому!
Он поцеловал ее в макушку.
Задерживаться в Кале смысла не было, так что вскоре мы отправились в Анжер.
Передвигаться по французской территории было небезопасно, но тут здорово помогало присутствие епископа. Ричард строго следил за дисциплиной среди охраны, чтобы избежать возможных стычек. К Луаре мы вышли через несколько дней.
Осень уже вступила в свои права, леса и виноградники радовали яркими красками. Крестьяне собирали остатки урожая.
- Не похоже на ваши родные края, милорд? – насмешливо спросила Мадлен у Ричарда.
Он улыбнулся, тоже вспомнив нашу первую прогулку. Джон и Кэти в полном восторге таращились по сторонам. Виноград и фрукты нам охотно продавали, так что дети буквально объедались. И как еще расстройство желудка не заполучили! Впрочем, лекарство у нас с собой, ничего страшного. А вот и Анжу.
- Родина Плантагенетов, - напомнила я.
- Да-а, - оценил Дикон.
Как человека военного, его больше интересовали крепости, но он оценил и прекрасные виды, очаровательные городки и старинные монастыри. Приближался Анжер.
Нас встречали недалеко от города.
- Пресвятая Дева! – пробормотала Мадлен, разглядев впереди процессии своего отца. – Как же он постарел! А ведь…
- Вашему отцу все это далось нелегко, - вздохнул епископ, - он переживал и из-за вас с сестрой, оплакивал внука. И сильным ударом оказалось вероломство покойного короля Луи.
Но времени на разговоры уже не осталось. Торжественно пропели трубы, вперед выдвинулись герольды.
А все-таки что-то в этом было. Несколько лет назад мы покидали этот город в свите сестры, и до нас никому не было дела. Теперь же все это великолепие было ради нас. Ради нас звонили колокола и развивались штандарты с гербами и символами. Перед нами склоняли головы. Приятно.
После торжественной мессы в соборе все, наконец, направились в замок.
- Как я рад снова видеть тебя, Мадлен, - улыбнулся король Рене, - и счастлив познакомиться с вами, ваша светлость. Надеюсь, что вы извините нас с женой. Мы не так давно вернулись сюда, и наш дом оказался разоренным.
По-английски он говорил хуже, чем Марго, но понять его было несложно. Рене знал несколько языков, а английский выучил по необходимости.
- Не стоит извинений, ваше величество, - улыбнулся Ричард, - я все прекрасно понимаю. Мне тоже доводилось возвращаться к разоренному очагу. Ваш замок очарователен, и я счастлив посетить родину моих предков. Ведь именно здесь останавливались английские короли, когда посещали свои владения в Аквитании?
- Да, это было здесь, - кивнул Рене, - хотя с тех пор и прошло много лет. Замок довольно сильно перестроили.
Очень важный и секретный разговор состоялся после ужина. Ричард решил не тянуть. К тому же, в любом случае нужно было обсудить брачный контракт Мадлен и остальные условия. При разговоре присутствовал и епископ.
- Вот, значит, как, - нахмурился Рене, - но я очень благодарен вам за откровенность. И за помощь этому ребенку, жизнь которого действительно в опасности. Мы с женой рады принять его. Кто еще знает о том, чей он сын?
- Посвященных не так много, - ответил Ричард, - и мой брат согласен, чтобы Харви остался за пределами Англии. Вы ведь понимаете: нужны гарантии, что он не будет участвовать в интригах и претендовать на престол? Это может стоить ему жизни. Я бы в любом случае позаботился о мальчике, но то, что предложили вы, подходит лучше всего. Вы получаете наследника родной вам крови, а я гарантирую помощь и поддержку.
- Это очень благородно с вашей стороны, ваша светлость, - задумчиво проговорил Рене, - далеко не каждый мужчина согласится делить наследство своего сына с чужим ребенком.
- Он крестник Мадлен, так что и для меня не чужой, - отрезал Ричард.
Рене склонил голову. Такие вещи он понимал. К тому же он чувствовал и знал, что ему самому осталось не так уж и много, а потом судьба его потомков и наследия будет полностью зависеть от этого англичанина. Не так уж и плохо, что в его жилах течет кровь давних владетелей Анжу, хоть и сильно разбавленная.
Свадьба состоялась через два дня. В приданое Мадлен уходило несколько приличных поместий в Анжу и Провансе. Рене с женой усыновляли Эрве и Эдмунда и получали двух наследников. Ричард становился регентом вместе с женой, в случае смерти Рене до достижения мальчиками семнадцати лет. Можно было, конечно, и до четырнадцати, но так было спокойнее всем. Так же было решено добиться от Эдварда возвращения на родину несчастной Марго, чтобы она дожила оставшиеся ей годы в тишине и покое. А еще Глостер брался получить для местных торговцев отмену или значительное снижение английских пошлин. Взамен снимались ограничения для английских товаров. Конечно, все равно оставались расходы при пересечении французских земель, все-таки Анжу не имел выхода к морю, но через порт Марселя велась очень активная торговля со всем Средиземноморьем и не только. Поделиться доходами с англичанами ради еще большей прибыли было выгодно. Шерсть и изделия английских мастеров ценились очень высоко.