- Я не желаю видеть вас и завтра уезжаю, - прошипела я.
- Но куда?! – всплеснув руками, в отчаянье спросил отец.
- Это вас не касается, - холодно бросила я, не глядя на него.
- Пусть отдохнет, а потом поговорим, - предложил Шамиль, беря из моих рук сумку.
Я поднялась в свою комнату и, поблагодарив гостя, заперла дверь на ключ. Не раздеваясь, прилегла на кровать; по-прежнему ничего не чувствуя, апатичная и вялая ко всему. Даже вести о встречи с матерью.
Потом открыла окно. Свежий осенний воздух ворвался в комнату. Берёза под окном оделась в золото, в небе тоскливо прокричали журавли – клин улетал на юг. Захотелось погулять по знакомому лесу, подышать воздухом, настоянном на аромате сосен. Я приняла душ, надела джинсы и теплый свитер, и, незамеченная никем, вышла из дома.
Уже на опушке леса, в конце сада, меня окликнул Шамиль.
- Можно с вами?
- Нет, я хочу побыть одна, - коротко ответила.
Он кивнул и вернулся в беседку. Я бродила по лесу и тоска немного отступала. Наконец, вышла к маленькому лесному озеру с прозрачной водой. Вокруг озера росли редкие золотые берёзы, на воде тихо плавали их листья. Я прислонилась к стволу сосны.
Я люблю этот лес, хотя и не родилась здесь. Отец отказался от меня, мать ёще не признала. Кто я? Зачем поступили они так со мной? Словно лист на прозрачной воде.
Свадьбу отложили из-за сплетен в городе. Расписались они на четвертом месяце беременности Жени. Удочерили Аню и стали жить, счастливые и довольные собой. Никого особенно не волновали мои проблемы. Отец летал как на крыльях и носился с женой и маленькой Аней. Сергей начал встречаться с Тоней, а Бушуев ушел из дома и уехал Бог знает, куда с молоденькой девчонкой. Вот уж воистину, седина в бороду, бес в ребро.
Шамиль подготовил документы, и мы с ним вылетели в Канаду, где проживает мадам Карина Хадсон, моя мать, жена видного политика и бизнесмена, мультимиллионера Жака Марша.
Боинг рейсом Москва-Оттава поднялся с взлётной полосы московского аэропорта. Я смотрела в иллюминатор, думая о своём. Впервые я покидала родную страну, и что ждет меня впереди – неизвестно.
Шамиль сжал мою руку, и ободряюще улыбнулся. Удивительно, каким близким может стать совсем незнакомый человек всего за месяц. О нем я знала, что он из тибетских гор, врач и психолог, доверенное лицо матери. О ней Шамиль рассказывал много и признался, что… любит её без взаимности. Я почему-то не очень удивилась, может, все ёще не могла прийти в себя.
Вспомнилась последняя встреча с семьей, которая пополнилась новыми членами. Я смогла кое-как примириться с отцом. Те его слова ещё жгли душу, ещё жила обида и боль, но я не показывала, что у меня на сердце. Мачеха, старшая за меня всего на пять лет, отнеслась ко мне прохладно, без прежнего показного дружелюбия. Тепло и сочувственно простился лишь Сергей, пожелав счастливого пути и удачи. Но больше всего мне досталось от бабушки: она не разговаривала со мной, полностью игнорировала. Мы расстались врагами.
Это потрясло меня до глубины души. Значит, она не любила меня, хоть я и выросла на её глазах. Она, заменившая мать, не простила мне того, что я хотела узнать правду.
Оказывается, отец сам связался с Шамилем. Наверное, он считал, что я буду только отравлять ему жизнь с молодой женой. Как просто меня выбросили, словно не нужную вещь, старую тряпку. До конца я не могла поверить в случившееся – но это была жестокая, страшная реальность.
Мне очень помог Шамиль. Он не терзал расспросами, не упрекал, не винил. Просто был рядом. Тактичный, интересный, немного загадочный молодой человек. Не будь со мной горького опыта первой неудачной любви, я могла бы увлечься им. У меня было чувство, что я знаю его давно. Шамиль один из тех людей, которые готовы помочь, и я знала, что могу доверять ему.
Как встретят меня там? Одну семью я уже потеряла, но смогу ли найти её в другой стране, за океаном - я не знала. Хотя и надеялась, что встреча с матерью поможет мне обрести утерянную любовь и понимание близких, родных людей.
Возвращение
Холодным осенним вечером Влад сделал мне предложение. Мы возвращались с веселой пирушки у друзей, где засиделись довольно долго: был второй час ночи. Весело болтая о чем-то, мы незаметно подъехали к моему дому. И он сказал изменившимся голосом: