- Знаешь, мне иногда так не хватает гор… - протянув, я устало улыбнулась на внимательный взгляд Сиоры. – Где бы я не была, то ли в Рунрохе, то ли в Рактаяле, первым, что я видела с самого утра, были именно горы. Я любила смотреть на то, как тучи врезались в вершины, и обтекали их, укрывая на несколько мгновений. У нас это называют «Мэа иле`ас» - объятия матери. В детстве нам всем говорят, что горы – это дети, а небо – родители. Оно всегда над детьми, оберегая их. Так же, как и наши настоящие родители. Видим мы их, или же нет. И каждый раз, смотря на «объятия матери», я радовалась, что хоть кому-то досталось её ласки. А приехав в Алераст… мне стало как-то совсем одиноко. Словно, если не будет гор, то и меня скоро перестанут любить. Глупо да?
- Нет, не глупо, - и Сиора резко мотнула головой, после чего метнулась взглядом к городу, и протянула руку, указывая на высокое здание, крыша которого едва просматривалась в сумерках. – Видишь тот дом?
- Да, - присмотревшись, кивнула в ответ. Дом абсолютно не отличался от остальных, только был немного шире.
- Там мы с Дэйном провели всё детство.
- Это какая-то школа?
- Почти. Приют.
Я ошарашенно уставилась на девушку, пытаясь собрать воедино поток хаотичных мыслей. Приют значил только одно – их родителей не стало. Но, я действительно не могла понять, как Дэйн мог расти там, если у него был старший брат. Да и Сиора как-то упоминала в разговоре мать.
- Я не совсем сирота, если уж на то пошло, - девушка явно заметила моё озадаченное выражение лица, и кисло улыбнулась. – Моя мать в юности влюбилась в одного аристократа. Он окрутил ей голову, а когда стало ясно, что появлюсь я - бросил. Мама была не из особо богатой семьи, но и жили они не в бедности. Её хотели выдать за какого-то толстосума, дабы наладить дела семьи, но, уже существовала я. Мама отказалась избавляться от ребёнка, и её вычеркнули из семейного древа. Моя бабка иногда присылала денег, а когда я родилась, дала моей матери несколько лет, дабы она приняла решение. Остаться в бедности, или же отказаться от меня, и выйти замуж. Она не смогла меня содержать, и спустя два года согласилась, уехав из столицы в Гальду. С того дня я начала жить в приюте, а она иногда тайком ко мне приезжала. Когда мне было четыре, она родила сына от лорда Росса, и больше не смогла навещать меня. Только отправляла деньги. В приюте я и встретила Дэйна. Его отец был капитаном Темной стражи, и выслеживал какую-то банду. Но, в итоге, выследили именно его. Пришли ночью, и обоих родителей Дэйна убили у него на глазах. Его тоже должны были убить, но вмешался старший брат, и спас его. Тайлер тогда ещё учился, и взять опеку над братом не мог. Потому и отправил его в приют. Затем его приняли в ряды Чёрных соколов, и времени совсем не осталось на семью, как понимаешь. Ну, так и росли. Каждый день надеясь, что наши близкие выделят нам минутку. При этом прекрасно зная, что им на нас глубоко наплевать. Тоже, как видишь, глупо.
- Мне так жаль… - покачав головой, я поддалась мгновенному порыву, и обняла её. Слушая их с Дэйном истории, я чувствовала себя самой неблагодарной дочерью и внучкой на свете. Считала себя преданной матерью, даже не задумываясь, как мне повезло с родственниками. Да, я безумно их любила, и постоянно это им говорила, но никогда не могла скрыть чувств, которые вызывало во мне то самое слово «мама». Зная, что этим огорчаю их всех.
- Не стоит. Мне давно стало плевать на неё, и её новую семью. Она пытается связаться со мной, но… я так и не смогла простить, думаю.
- Я понимаю. Лучше, чем кто-либо...
Сиора мягко отстранилась от меня, и озадачено нахмурилась. Она была абсолютно спокойной, если не считать горького осадка в глазах. Хоть как девушка и не пыталась храбриться, но нет ничего болезненней детской раны на сердце.
- Разве твоя мать не умерла при родах?
- Умерла, но… - шумно выдохнув, я покосилась на Сиору. Она поделилась самым болезненным, и я точно знала, что наш разговор не выйдет куда-то дальше. Потому и решилась всё рассказать. Мне хотелось с кем-то поделиться своими настоящими переживаниями. – Мой отец ещё с подросткового возраста был завидным красавцем. Но никому никогда не позволял приблизиться к себе ближе вытянутой руки, ведь со старших курсов академии был обручен с Юной. Когда он был в составе делегации в Лергос, моя мать и приметила его. Естественно, он ей отказал. Но, она решила заполучить его любыми методами. И, пришла к одному из самых опасных ритуалов. Она достала - даже не знаю, как - кровь отца, и забеременела. Когда об этом узнал отец матери, мой дед, то сильно разозлился, и велел избавиться от ребёнка. Мать нашла метод сообщить об этом папе, и он забрал её из той семьи. Папа был жутко зол, но поступил как истинный мужчина, и начал заботиться о ней. Я так и не поняла, чего она хотела добиться. Главное условие ритуала – жертва. Когда рождается ребёнок, мать в тот же миг умирает. Она умерла, и меня в тот же день попытались убить. Дед. Отец отгородился от всего мира, скрывшись на несколько лет со мною на руках, и это спасло мне жизнь. На севере говорят, что дитя – это плод любви. Но я стала плодом алчного желания завоевать место в жизни недоступного мужчины. Когда я не знала ничего, то постоянно плакала. Мне было обидно, что у всех есть мамы, а моя умерла, даже не увидев меня. А когда узнала… стало отвратительно само моё существование. И она. Женщина, которая ради своей гордыни и самолюбия сделала меня убийцей в первый же день моей жизни. Как видишь, я тоже не смогла простить свою мать. И никогда не прощу.