— Первая любовь.
— Неожиданно, — удивилась я. — Почему так?
— Потому что этот десерт отражает это чувство. Сначала вам хорошо, вы влюблены. Потом первая эйфория проходит. Вы начинаете замечать недостатки друг друга. Ну, а в конце… Финал известен.
— Печально, не находите? Не каждая любовь завершается плохо.
— Но первая… всегда.
Я задумалась.
— Возможно, Вы правы. Что ж, велю добавить в меню новый десерт.
— Благодарю.
Мартин склонил голову и вышел. Я еще раз проверила телефон. Ничего. Мне это не нравилось. Оставалось только утешать себя, что Игорь занят.
Я уже собиралась домой, чтобы подготовиться к ужину, как раздался телефонный звонок. Не танго. Мама. Всего одна фраза, и весь мой мир разлетелся на осколки.
Игорь
Реальность возвращалась ко мне медленно и болезненно. В голове словно шла Вторая Мировая. Сколько же я вчера выпил? Попытка открыть глаза лишь усугубила мое состояние. Но я успел заметить серые сумерки, которые наполняли комнату. Вечер? Утро? Ничего не помню. Хотя нет, какие-то странные обрывки плавали в моем сознании, которое сейчас напоминало некачественное желе. Мне приснилась Рита или она на самом деле приходила? Я заставил себя открыть глаза и осмотреть комнату. Желудок взбунтовался. Пришлось вернуть голову на подушку и глубоко дышать. В спальне кроме меня никого не было. Значит, она мне все-таки померещилась. Это хорошо. Рита избежала «счастья» видеть меня в таком состоянии.
Организм отчаянно требовал отвести его в туалет и при этом сам же был в ужасе от перспективы встать и куда-то идти. Я осторожно сел, держась за голову. Неужели, коньяк был паленым? За такую-то цену? Надо было закусывать. Взгляд остановился на стакане с водой. Он стоял на тумбочке у кровати. Рядом лежала упаковка аспирина. Не припоминаю, чтобы я заранее готовил средство от похмелья. Сомнения, что Рита все же была в моей квартире вчера, вернулись с новой силой. Я даже вспомнил ее взгляд. Полный боли. Что же я вчера ей наговорил? Ни черта не помню!
Добраться до туалета оказалось непросто. С каждым шагом комната норовила опрокинуться, а в голове взрывались мины. Мне и самому хотелось сейчас разлететься на куски, чтобы эти мучения, наконец, закончились.
Ну и видок у меня. Небритый. Мешки под глазами. И полнейшее отсутствие мыслей во взгляде. Старею. Раньше все проходило легче.
Надо найти телефон. Вспомнить бы еще, где он! В гостиной нет. На кухне тоже. Одинокая чашка, стоящая на столе, заставила меня задуматься. Вчера я определенно был здесь не один. Только бы не с Ритой! Но память насмешливо подсунула мне ее слова:
— Я не хотела, чтобы ты оставался один.
Твою мать! Как она узнала? Как она вообще смогла войти? Телефон! Там должны быть все ответы. Но, увы, он хранил только три не отвеченных от Риты. Они были сделаны вчера утром. Это ничего не проясняло.
Неожиданный звонок заставил меня поморщиться от нового приступа боли. Стило выпить аспирин.
— Да, Андрей.
— Игорь Владимирович, Вы можете говорить?
— Нет, но продолжай, — я медленно опустился в кресло и взял в руки фото Ани. Стало легче, словно она забрала часть моей боли.
— С Вами все в порядке?
— После душа будет. Так что у тебя?
— Я хотел узнать, не звонил ли шантажист? Вы обговаривали, как должна происходить передача денег?
— Нет. Он сказал, что еще позвонит.
— Срок истекает сегодня?
— Полагаю, что да. Ты что-нибудь выяснил?
— Пока нет. Я вчера даже проверил Артемова. Сомневаюсь, что это он. Но я приставил к нему своего человека.
— Хорошо. А что с твоими бойцами?
— Пока ничего. Их счета не пополнялись.
— Может, кого-то из них тоже шантажировали, как Алену?
— Возможно. Я начал проверять их ближайших родственников и друзей.
— Хорошо. А я займусь поиском денег.
— У Вас не было проблем в последнее время с кем-нибудь из партнеров?
— Андрей, у меня они постоянно возникают. Но это бизнес. К тому же, у меня складывается ощущение, что все это шантажист планировал заранее. А не спонтанно решил заполучить с меня пять миллионов евро.
— Может, стоит искать в Вашем прошлом?
Я задумался, потирая переносицу.
— Там осталось немало людей, которые хотели бы видеть меня в могиле.
— А Ваша бывшая жена?
— Алла? — я даже не вспомнил о ней. — Не знаю. В последний раз мы виделись на суде при разводе.
— Она могла настолько затаить на Вас злобу?
— Не знаю. Тогда ей почти ничего не досталось из моего состояния. Но ждать несколько лет, чтобы отомстить…
— Вы знаете, где она сейчас может быть?