— Отлично! — тут же вспыхнул мой собеседник радостью. — Мы просто обязаны встретиться. Никакого бизнеса. Банька, водка. Все, как ты любишь.
— Ты умеешь уговаривать, — ухмыльнулся я, запуская пальцы в волосы.
— Ну, все, договорились. Жаль Ритки не будет. Она как уехала в Европу, так и не желает возвращаться назад. Помнится, она обожала, когда ты приходил к нам.
— Да, — мой голос дрогнул. Надеюсь, Макс ничего не заметил.
— Кстати, вы там не пересекались в Вене после открытия ресторана?
Что это? Проверка? Он что-то знает?
— Да, виделись. Сегодня, — не стал я скрывать. — Я зашел выпить в один местный бар и увидел ее там.
— Она была с Костей? Слушай, он — отличный парень. И у него есть деловая хватка. Это единственный ее парень, которого я одобряю.
— Их, что, было так много? — рассмеялся я, пряча за смехом собственную нервозность.
— Ну, я не так чтобы вникал в личную жизнь дочери, но…
— Приглядывал.
— Да. Это именно то слово. Слава Богу, она всегда была разборчива в связях.
Губы дрогнули, чуть приподнимая уголки.
— Ты, кстати, был в моем ресторане? Я собираюсь подарить его Ритке на свадьбу. Как думаешь?
— Отличный подарок, — внутри меня царапнулся зверь. — Нет, в ресторане еще не был. Все какие-то дела.
— Заедь, обязательно заедь. Не обижай меня и Ритку. Ей важно твое мнение. Все-таки оформлением занималась она.
Я мысленно ухмыльнулся. Боюсь, Макс, ты глубоко заблуждаешься. Твоей дочери плевать и на мое мнение и на меня в полный рост.
— Хорошо, попробую выкроить время, — обещание прозвучало без энтузиазма.
— Ловлю тебя на слове. Значит, я жду твоего звонка. Баня ждет.
— Хорошо. Как буду в Москве, наберу тебя. А сейчас извини. Дела.
— Давай. Не теряйся.
Ноутбук пискнул, извещая меня о новом письме. Ответ из Парижа. Придется прочитать новую редакцию контракта. А голова трещала, как старый иссохший сундук. Таблетка аспирина зашипела, когда я бросил ее в стакан с водой. Старею, если после нескольких стаканов виски меня мучает похмелье.
А, может, дело не в нем, а в этой взбалмошной девчонке с большими глазами цвета зимней Катуни? Помнится, я как-то отдыхал в Горном Алтае, когда мне по карману было только это суровое, но красивое место. Это было где-то сразу после Нового года. Катунь не замерзала. А ее воды были настолько насыщенного изумрудного цвета, что поражали воображение. Да, у Риты были именно такие глаза. Чистые и заставляющие забыть обо всем. Обо всем, кроме нее самой. К сожалению.
Я вспомнил, как она пришла ко мне шесть лет назад. Сама. С бутылкой вина и упакованная в дорогое платье. Ее глаза блестели. В крови уже было несколько десятых промилле алкоголя. Кажется, она тогда отмечала день рождение своей подруги. Как ее занесло ко мне, не понимаю. Все начиналось как шутка. Я и мысли не мог допустить, что закончится все тем, что трахну ее. Да еще и так!
Таблетка растворилась, перестав шипеть. Я в несколько глотков выпил лекарство и ополоснул стакан под краном. Меня ждал контракт. Неплохое средство, чтобы забыть. Но даже там, между строк, написанных сухим юридическим языком, я видел ее, стонущую подо мной и оставляющую болезненные следы на моих плечах своими острыми ноготками. Зажили они быстро, но до сих пор продолжали болеть.
Телефон завибрировал где-то под ворохом бумаг. Я отыскал его и вгляделся в экран. Оксана. Моя помощница.
— Да, — ответил я, продолжая набирать текст письма своему заму.
— Игорь Владимирович, добрый день! Вам удобно говорить? — прощебетал мне в ухо ее голос.
— Да, Оксан. Говори.
— У Вас все остается в силе? Вылетаете в пятницу вечером?
— Да, в пятницу вечером.
— Я предупрежу Пашу, чтобы встретил Вас в аэропорту. И скажу Ирине Васильевне, чтобы все приготовила к Вашему возвращению. Будут какие-то особые указания?
Я задумался.
— Что там с моим расписанием? Есть окно?
— Банкиры рвутся на встречу с Вами. Сдерживать их все сложнее, — в голосе Оксаны послышалось недовольство. — Детский приют просит помощи. Приглашения на презентации и дни рождения. Ах да, Рахманов звонил. Записала его на понедельник после обеда.
— Есть что-нибудь срочное?
— Все в рабочем режиме. Выживаем, как можем, в Ваше отсутствие, — пошутила она, но тон остался деловым.
— Молодцы! Продолжайте в том же духе, — улыбнулся я. — Еще что-нибудь?
— Нет, у меня все.
— Тогда до связи.
Я нажал кнопку отбоя и уставился на экран монитора. Палец утопил клавишу Backspace, стирая написанное, а после сообщение наполнилось новыми указаниями и вопросами. Отправив письмо, я вернулся к контракту. Эти педантичные немцы никак не желали упустить свое. Но и я не собирался сдаваться. Несмотря на достигнутые договоренности в Берлине, они все же пытались нагнуть меня, снизив штрафные санкции за неисполнение обязательств. Я сделал пометку на полях и набросал еще одно письмо отправив его своему юристу. Пусть отрабатывает свои деньги. А они было не маленькими.