— Ну же, скажи, — велел я негромко.
— Игорь, — внутри Риты шла борьба. Одна ее часть отчаянно хотела, чтобы мой член ворвался в ее горячую дырочку, а другая была слишком хорошо воспитана, чтобы произнести это вслух.
— Тебе надо только попросить.
Я провел по ее чуть приоткрытым губам большим пальцем. Моя девочка тут же обхватила его и коснулась языком. Черт! Похоже, просить придется мне. Нет, сегодня мы играем по моим правилам. Палец покинул ее влажный ротик, оставив ни с чем.
— Игорь, пожалуйста.
— Что «пожалуйста», детка?
— Пожалуйста, сделай это, — Рита повела бедрами, касаясь моего члена. Господи! Нет пытки более изощренной, чем эта.
— Что сделать?
— Я хочу тебя. Пожалуйста, трахни меня. Игорь, прошу тебя. Я больше не могу. Мне это очень надо.
Она почти плакала, умоляя меня. Теперь можно было не сдерживать себя.
Я развернул ее спиной к себе и вынудил наклониться вперед и опереться руками о спинку дивана. Платье отправилось на поясницу, открывая мне фантастический вид. Моя ладонь скользнула между ног Риты. Она была невероятно мокрой. Я больше не собирался мучить ее. И себя.
Мой член вошел гладко. С губ Риты сорвался стон. Не боли. Удовольствия.
— Расставь ноги, — велел я, опуская руки на ее бедра. Она подчинилась. Боже, помоги мне!
Я выходил из моей девочки и снова врывался до упора. Она оттопырила попку, подставляя мне свою дырочку. Ее стоны перемежались с тихими всхлипываниями. Мне требовался перерыв, что не кончить слишком быстро. Я снова вошел в нее и замер. Стянул платье и отбросил его в сторону. Моя ладонь скользнула вдоль позвоночника Риты, заставляя ее выгнуться, как довольную кошку. Влажный поцелуй между лопатками выбил из ее легких воздух.
— Малыш, держись крепче, — предупредил я. Ее пальцы с силой вцепились в обивку дивана.
Член врывался в мой девочку, не заботясь о том, что может причинить боль. Рита извивалась под моими ладонями. Ее стоны перешли в крики. В мою руку вцепились острые ноготки. Но в тот момент я этого не заметил. Меня заботило только то, как тесно, мокро и горячо было внутри Риты. Мне хотелось залезть в нее вместе с яйцами.
Я поднял ее правую ногу и поставил на спинку дивана, меня угол входа. Ее киска скользила по моему члену, все ближе и ближе подводя меня к критической отметке. Мои ладони толкнули ее вперед, заставив перевеситься через спинку дивана. Киска Риты сжималась вокруг меня, словно пытаясь задержать, но этим лишь распаляла.
— Господи! Господи! — шептала она. — Боже! Еще! Не останавливайся! Господи! Да! Да! Господи!
Не знаю, слышали ли ее на небесах, а у меня от этой незатейливой молитвы сорвало крышу. Я в последний раз натянул мою девочку на член по самые яйца. Ее дырочка забилась в истерике. Сперма хлынула из меня, заполняя Риту. Она обессиленная и безвольная замерла под моими руками, тяжело дыша и не подавая признаков жизни. Я сам с трудом держался на ногах, поэтому опустился ей на спину, опираясь руками о диван.
— Детка, это похоже на безумие, — прошептал я Рите в затылок. Она промычала что-то нечленораздельное, заставив меня улыбнуться.
В душ мы отправились вместе. Стоя под теплыми струями воды, я целовал мою девочку, довольно отмечая, как до сих пор затуманен от страсти ее взгляд. В мои планы не входило оставаться у нее. Меня ждал самолет. Но сегодняшний вечер, особенно его окончание, настолько вымотали меня, что я был не в состоянии куда-либо ехать. Мы так и уснули, тесно прижимаясь друг к другу, и не в силах даже разговаривать.
— Малыш, — мои губы коснулись обнаженного плеча Риты. Она никак не хотела просыпаться. — Детка, мне пора.
— Ммм, — недовольно промычала моя девочка, не открывая глаз.
— Малыш, мне пора на самолет.
Ее веки дрогнули, приоткрылись, чтобы тут же закрыться.
— Я не хочу, чтобы ты уходил, — произнесла Рита сонно.
— Я знаю. Но так надо.
Не открывая глаз, она прижалась ко мне всем телом. Еще немного и я пошлю к черту и самолет, и Москву, и весь свой бизнес.
— Поцелуй меня, — попросила она, распахивая глаза, но частично все еще оставаясь во сне.
Ее губы были такими теплыми и податливыми… Черт! Я выпустил Риту из объятий и поцеловал в лоб.
— Будь хорошей девочкой, — попросил я ее на прощание.
— А если я буду плохой девочкой? — она кокетливо улыбнулась, глядя на меня из-под ресниц.
— Плохой ты будешь только для меня, — одна мысль, что моя девочка может также кончать под кем-то другим, приводила меня в бешенство.
Рита осталась довольна мои ответом.
— Спи. Тебе надо отдохнуть, — я поднялся с постели. Одеться успел, пока она спала.